Посмертное донорство органов в россии: 12 главных вопросов о донорстве органов — Общество

Содержание

12 главных вопросов о донорстве органов — Общество

Я еще молод и здоров. Я не нуждаюсь в органах и отдавать свои пока не планирую. Зачем мне вообще об этом думать? 

Сформировать собственную позицию по отношению к донорству и трансплантации органов никогда не рано, и вот почему. Потребность в пересадке органов в большинстве случаев не связана с наследственностью и может понадобиться прежде здоровому человеку после некоторых заболеваний. Конечно, существуют генетические нарушения: например, пересадка легких требуется пациентам с муковисцидозом. При этом одним из частых показаний к трансплантации сердца является кардиомиопатия, а она может возникать как осложнение после перенесенного гриппа.

Часто донорство органов после смерти становится единственной возможностью спасти жизнь другого человека – взрослого или ребенка. Если посмотреть на данные по нашей стране, видно, что год от года растет число людей, для которых пересадка органов – единственный шанс на нормальную жизнь. Сейчас в листе ожидания донорской почки состоит около 7000 человек, сердца — около 800, печени — чуть более 2000.  И если не развивать программы донорства, будут увеличиваться сроки ожидания, а значит, сотни и тысячи людей рискуют не дождаться операции.

Я обязательно стану донором органов после смерти?

Нет, не обязательно. На самом деле, стать донором органов не так уж просто. Есть три основных условия, которые на это влияют. Первое — человек может стать донором органов после смерти только при соблюдении строгого протокола, при использовании которого исключена малейшая вероятность ошибки. Здесь принципиальное значение имеет констатация смерти мозга. Ни в одном регионе, ни в одном учреждении в нашей стране нет донорской программы, которая бы не использовала протокол диагностики смерти человека на основании диагноза «смерть мозга». И даже после констатации смерти мозга далеко не каждый человек сможет стать донором органов.

Второе условие состоит в том, что человек может стать донором органов после смерти, если при жизни у него не было серьезных сопутствующих заболеваний, системных или онкологических.

В большинстве случаев возраст человека уже не является ограничением к донорству; так, в научной литературе, в том числе в отечественной, уже описаны случаи пересадки сердца от семидесятилетних доноров.

Третье — у нас в стране в отношении донорства органов действует презумпция согласия. Это означает, что если человек при жизни не выразил возражения против того, чтобы стать донором органов после смерти, он может стать донором органов. Другими словами, если на момент констатации смерти мозга человека медицинская организация не была поставлена в известность, что этот человек возражал, а его органы пригодны для пересадки, он станет донором. Но и в этом случае врачи учитывают мнение родственников.

А могут смерть мозга констатировать ошибочно? Или намеренно? 

Для каждого лечащего врача первоочередная задача — спасти жизнь и сохранить здоровье пациента. И только если ничего нельзя сделать — констатировать смерть мозга. В 1968 году были впервые опубликованы «Гарвардские критерии», и с тех пор они постоянно уточняются и совершенствуются. В России критерии диагностики смерти мозга определены специальной инструкцией, которая устанавливает алгоритм и перечень действий врачей.

При этом для диагноза «смерть мозга» нужно наличие ряда клинических признаков; если при проведении тестов для определения активности мозга появляется минимальная активность, врачи продолжают лечить пациента. И даже если пациенту был поставлен диагноз «смерть мозга», это также не значит, что он обязательно станет донором органов.

То есть, не обязательно специально выражать согласие или отказ, как в США, на водительских правах? 

В России, как мы уже сказали ранее, действует презумпция согласия. При этом любой дееспособный гражданин РФ старше 18 лет может заявить о своей воле в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме.

Эта информация может быть внесена в медицинскую карту человека или заверена нотариально. Желательно также уведомить о своем решении близких родственников, потому что врачи будут общаться с ними.  

А разве этично спрашивать об этом у родственников, когда у них умер близкий человек?

Это действительно неэтично – в соответствии с действующим законодательством врачи в России обычно не спрашивают, потому что близкие люди находятся в состоянии шока и горя. Но если родственники сами говорят, что умерший человек был против донорства или изъятие невозможно по религиозным соображениям, врачи это учитывают. 

Часто родные опасаются, что донорство повлияет на сроки погребения, которые в некоторых религиях ограничены. Врачи и эксперты трансплантационных служб отмечают, что в подавляющем большинстве случаев донорство органов никак не сказывается на сроках погребения. 

А если я откажусь быть донором, я по-прежнему имею право на донорский орган, если он мне понадобится? 

Нет никаких формальных оснований, чтобы лишить человека возможности быть включенным в лист ожидания, потому что он сам отказывался от донорства органов. Несмотря на конфликт интересов, человеку, который не хотел бы становиться донором после смерти, сделают трансплантацию от другого донора.

А вообще сейчас донорских органов хватает? В кино люди часто умирают, не дождавшись своей очереди в списке. 

Нет, не хватает, и в разных странах разные причины. Например, Испания считается одной из эталонных стран в мире по развитию программ донорства и трансплантации органов, и там показатель достаточно высокий: до 40 доноров на 1 млн населения в год. И даже при том, что каждый донор может потенциально спасти несколько человек (по показателям Испании — в среднем до четырех) все равно число пациентов в листе ожидания превышает возможности органного донорства. Похожая ситуация наблюдается в США.

В России возможности донорства и трансплантации органов скромнее. Связано это с тем, что направление только развивается, в нем участвуют лишь 32 региона и пока не в полную силу. Как неоднократно отмечал главный внештатный трансплантолог Минздрава России, глава НМИЦ трансплантологии и искусственных органов им. В.И.Шумакова Сергей Готье, дефицит органов в России искусственный.

Это означает, что для того, чтобы обеспечить людей в листе ожидания донорскими органами, на данном этапе необходимо развивать программы донорства в регионах и информировать население о возможностях донорства.

Можно ли продать свои органы или купить чужие?

Ключевые международные организации выступают против коммерческого донорства, так как это создает поле для правонарушений, коррупции и преступлений против человека. Международная позиция сформулирована в ряде документов, включающих Конвенцию Совета Европы против торговли человеческими органами, а также Конвенцию о правах человека и биомедицине и Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности. В подавляющем большинстве цивилизованных стран донорство органов не связано с деньгами.

В России коммерческое донорство запрещено. Это значит, что ни продать, ни купить донорский орган невозможно. При этом пациент, перенесший трансплантацию, пожизненно обеспечивается всеми необходимыми лекарствами бесплатно. Также в соответствии с российским законодательством, бесплатными лекарствами обеспечивается человек, который согласился пожертвовать орган (почку или часть печени) родственнику.

А существует база доноров сейчас? Можно ли искусственно подвинуть человека в очереди на пересадку?  

База доноров называется «Лист ожидания донорских органов». Этот лист ожидания формируется на основе строгих критериев. В Москве также действует цифровой лист ожидания. В целом, пока у субъектов, которые ведут трансплантационную работу, есть свой собственный список для каждого региона. Однако в ближайшее время планируется создать единый Национальный лист ожидания донорских органов.

Справедливое распределение органов обеспечивается за счет критериев совместимости и длительности нахождения реципиента в листе ожидания. Например, если донорская почка подходит двум пациентам, ее получит тот, кто ждет дольше. Еще один критерий, который может продвинуть реципиента в листе ожидания — возраст; ребенок при прочих равных условиях имеет приоритет.

Про почку и сердце я уже слышал. А что еще можно пересадить другому человеку?

От посмертного донора можно пересадить еще легкие, печень, поджелудочную железу, кишечник. Кроме того, возможна трансплантация отдельных тканей — роговицы, кожи, некоторых сосудов, клапанов сердца. В России также есть опыт пересадки комплекса сердце-легкие. А в целом органы и ткани одного человека могут спасти жизни и улучшить ее качество десяткам людей.

Люди с пересаженными органами долго живут? От чего это зависит? 

Да, живут долго. Очень часто это зависит не только от успешно проведенной операции, но и от поведения пациента после нее и от того, насколько ответственно человек подходит к своему состоянию.

Первую успешную пересадку правой доли печени ребенку от родственного донора в РФ провели в 1997 году: сейчас молодой человек живет полноценной жизнью, работает, путешествует. В России также есть случай, когда пациентка с пересажанным сердцем забеременела и родила здорового ребенка спустя 10 лет после трансплантации.

Пока мировой рекорд по продолжительности жизни с пересаженным сердцем принадлежит американцу Тони Хьюзу — он прожил 30 лет и умер от меланомы.

А что говорит религия? 

Русская православная церковь не осуждает донорство и трансплантацию органов от посмертного донора или от живого и признает это актом любви и сострадания. «Однако посмертное донорство органов и тканей может стать проявлением любви, простирающейся и по ту сторону смерти», — говорится в Основах социальной концепции РПЦ.

Аналогичной позиции здесь придерживается и Римская католическая церковь. В буддизме трансплантацию одобряют от живого донора и при добровольном его согласии. Во многих других религиях решение оставляют за каждым верующим вопрос согласия на донорство и трансплантацию органов.

Близким умершего предлагается дать 3 часа, чтобы заявить о несогласии на изъятие его органов

Адвокаты по-разному оценили законопроект. Один полагает, что он способен обеспечить баланс публичных и частных интересов, касающихся посмертного донорства. Двое других сошлись во мнении, что, несмотря на актуальность разработки законопроекта и большое количество новелл, предложенный вариант требует существенной доработки.

23 декабря Министерство здравоохранения России опубликовало для общественного обсуждения разработанный им проект федерального закона о донорстве органов человека и их трансплантации. Документ содержит 45 статей, объединенных в 9 глав. Предполагается, что он заменит Закон о трансплантации органов и (или) тканей человека, принятый в 1992 г.

Представленный проект регулирует отношения, связанные с донорством и пересадкой человеческих органов, включая порядок их изъятия, использования и учета, а также права и обязанности доноров, реципиентов, медработников и медучреждений. В документе отмечается, что он разработан с целью развития донорства органов для трансплантации, баланса прав и законных интересов доноров и реципиентов, формирования у населения понимания и поддержки пользы добровольного безвозмездного предоставления донорских органов для пересадки как одного из способов сохранения жизни и восстановления здоровья человека.

В числе основных принципов донорства указаны добровольность, безвозмездность, включая запрет на извлечение выгоды, анонимность, конфиденциальность, распространяемая на информацию, касающуюся волеизъявления о несогласии на изъятие органов, а также приоритет посмертного донорства перед прижизненным.

Документом предусмотрено, в каких случаях изъятие органов запрещено: в частности, если у донора установлены медицинские противопоказания, перечень которых утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Также запрещается изъятие органов у лиц, которые по состоянию здоровья, возрасту или иным причинам не могли сообщить данные о своей личности и личность которых на момент констатации смерти не была установлена (за нарушение данного запрета предусматривается уголовная ответственность). Кроме того, запрещено принуждение человека к предоставлению своего органа для пересадки.

Порядок взаимодействия уполномоченных органов исполнительной власти и медучреждений при осуществлении донорства и трансплантации, а также порядок мониторинга медицинской деятельности в данной сфере утверждаются Правительством РФ.

В медучреждениях, осуществляющих изъятие донорских органов, предлагается ввести должность врача, ответственного за организацию донорства, либо возложить эти обязанности на одного из врачей-специалистов, прошедших соответствующее обучение. В законопроекте подчеркивается, что врач-координатор при исполнении трудовых обязанностей не может участвовать ни в констатации смерти человека, признанного потенциальным донором, ни в изъятии и пересадке органов, а также представлять интересы реципиентов.

Прижизненное донорство

Предусмотрено, что в случае прижизненного донорства допускается изъятие одного из парных органов (почка) или части органа (часть печени, тонкой кишки, поджелудочной железы, доля легкого).

Прижизненным донором может быть совершеннолетнее дееспособное лицо при условии биологического родства с потенциальным реципиентом и наличии письменного информированного добровольного согласия, данного в присутствии совершеннолетнего дееспособного свидетеля (таковым не может выступать реципиент либо его супруг или родственники). В согласии также указываются сведения об отсутствии принуждения донора к предоставлению органа, отсутствии финансового вознаграждения, а также персональные данные свидетеля. Отмечается, что документ также должен быть подписан врачом, предоставившим донору соответствующую информацию.

Биологическая родственная связь устанавливается на основании подтверждающих документов, заверенных нотариально, сведения о которых вносятся в регистр прижизненных доноров.

Для прижизненного донорства, отмечается в законопроекте, необходимо решение врачебной комиссии медучреждения, осуществляющего трансплантацию, о возможности изъятия и использования донорского органа. Решение принимается по результатам обследования донора и реципиента, проведенного медработниками, не участвующими в лечении последнего, в установленном порядке. Если потенциальный реципиент является недееспособным, в состав комиссии включается врач-психиатр.

Предусматривается, что в решении должно содержаться заключение о том, что здоровью донора в результате изъятия органа не будет причинен вред, влекущий необратимое расстройство здоровья, стойкую утрату трудоспособности, инвалидность, а также об отсутствии противопоказаний к прижизненному донорству. Решение оформляется протоколом и вносится в медицинскую документацию донора.

Проектом установлены права прижизненного донора, в числе которых получение от медучреждения полной информации о возможных осложнениях (последствиях) изъятия органа. Также он может в любой момент отказаться от предоставления своего органа для пересадки.

Кроме того, отмечается, что донор, у которого изъят орган, имеет право на диагностику, лечение и медицинскую реабилитацию в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания медпомощи гражданам, а также на диспансерное наблюдение. Указаны также права реципиентов донорских органов на диспансерное наблюдение и обеспечение лекарственными препаратами.

Посмертное донорство

Проектом также предусмотрена презумпция согласия на изъятие донорских органов после смерти.

Определены понятия потенциального и приемлемого донора, т.е. лица, в отношении которого констатирована смерть и установлено отсутствие медицинских противопоказаний к посмертному донорству. Реальным донором признается приемлемый донор, в отношении которого установлено отсутствие волеизъявления о несогласии на изъятие органов, медицинских противопоказаний, а сохранность органов позволяет использовать их для пересадки. Реальный донор, от которого реципиенту трансплантирован хотя бы один орган, признается актуальным донором. Соответствующие данные незамедлительно вносятся в протокол сопровождения посмертного донорства органов и регистр посмертных доноров.

Подчеркивается, в каких случаях изъятие органов при посмертном донорстве недопустимо: в частности, если медучреждением, где находится совершеннолетний дееспособный гражданин, признанный приемлемым донором, на момент изъятия органов на основании сведений, содержащихся в регистре волеизъявлений граждан и (или) в медицинской документации, установлено, что при жизни он выразил письменное или устное несогласие на это.

При отсутствии таких сведений супруг (если такового нет, то один из близких родственников умершего: дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и сестры, внуки, дедушка и бабушка) имеет право в течение 3 часов после сообщения о смерти гражданина письменно заявить о выраженном последним при жизни волеизъявлении либо о своем несогласии.

В проекте отмечается, что совершеннолетний дееспособный гражданин может при жизни выразить несогласие на изъятие его органов после смерти. Для этого необходимо письменное заявление, заверенное руководителем медучреждения или нотариусом. Заявление также может быть сделано в устной форме лечащему врачу или другому медработнику, непосредственно участвующему в обследовании и лечении гражданина, в присутствии не менее двух свидетелей. В качестве последнего не может выступать лицо, заинтересованное в изъятии органов у донора.

Информация о наличии волеизъявления вносится в медицинскую документацию гражданина работником медучреждения, находясь в котором либо при обращении в которое тот принял соответствующее решение либо сообщил о наличии волеизъявления, зарегистрированного в регистре волеизъявлений граждан.

Если волеизъявление было устным, сведения об этом представляются в уполномоченный федеральный орган медучреждением в течение одного рабочего дня с даты внесения указанных сведений в медицинскую документацию гражданина. Заявление (либо устное волеизъявление) должно быть рассмотрено в течение 5 рабочих дней со дня поступления и внесено в регистр.

Предусмотрена также возможность отзыва гражданином ранее выраженного заявления о несогласии. В этом случае отзыв, который может быть сделан в любое время, оформляется письменно и направляется в уполномоченный федеральный орган, который в срок, не превышающий 5 рабочих дней, должен внести изменения в регистр.

В проекте подчеркивается необходимость обеспечения конфиденциальности и безопасности сведений о наличии волеизъявления гражданина, не согласного на изъятие его органов после смерти, с соблюдением требований, установленных законодательством о персональных данных.

Если в вышеуказанный срок супруг (иные близкие родственники умершего) не заявит о выраженном умершим при жизни несогласии на изъятие органов либо не выразит свое несогласие на это, а также при отсутствии возможности в течение 2 часов после подписания протокола установления смерти проинформировать родственников ввиду отсутствия сведений о них в медицинских и иных документах, находящихся при умершем, медучреждение вправе признать умершего реальным донором и принять меры по изъятию его органов.

В проекте указано, что в случае смерти несовершеннолетнего лица либо недееспособного совершеннолетнего, признанного приемлемым донором, один из родителей вправе в течение 2 часов после сообщения о смерти письменно выразить согласие либо отказ на изъятие органов умершего. Изъятие донорских органов у указанной категории лиц недопустимо, если в установленный срок родители умершего не были проинформированы о его смерти и праве дать согласие на изъятие органов, а также если умерший является сиротой или оставшимся без попечения родителей. Оно также запрещено, если в установленный срок ни один из оповещенных родителей не дал согласия на изъятие органов умершего ребенка либо при наличии установленного факта несовпадения мнений обоих родителей по данному вопросу.

В случаях, требующих проведения судебно-медицинской экспертизы, предусмотрено разрешение судмедэксперта на изъятие органов реального донора для пересадки с последующим письменным уведомлением об этом прокурора в срок не позднее 3 рабочих дней со дня выдачи разрешения на изъятие в порядке, установленном законодательством об охране здоровья.

Для распределения изъятых донорских органов при посмертном донорстве потенциальным реципиентам законопроект предусматривает использование информационной системы, являющейся частью Федерального регистра доноров органов, реципиентов и донорских органов, включающего регистры волеизъявлений граждан, посмертных и прижизненных доноров, реципиентов.

Подчеркивается, что сведения, содержащиеся в Федеральном регистре, относятся к информации ограниченного доступа. Направляемые в регистр сведения должны передаваться безвозмездно, а содержащаяся в нем информация о донорах и реципиентах должна быть доступна на любом этапе донорства и трансплантации для лиц, имеющих право на получение данной информации, и также предоставляться безвозмездно. В документе также отмечается, что совершеннолетнее дееспособное лицо вправе запрашивать и получать сведения, содержащиеся в Федеральном регистре, о наличии (отсутствии) в нем данных о его волеизъявлении о несогласии на изъятие его органов после смерти в целях трансплантации.

В заключительной части проекта указаны меры уголовной, дисциплинарной и административной ответственности при осуществлении донорства и трансплантации органов, в том числе за вред, причиненный жизни и (или) здоровью донора или реципиента.

Предполагается, что в случае принятия закон вступит в силу 1 июня 2021 г.

Адвокаты указали, какие положения проекта требуют доработки

По мнению адвоката АП Челябинской области Елены Цыпиной, необходимость принятия нового закона о донорстве назрела давно. «Это обусловлено тем, что принятый в 1992 г. Закон о трансплантации требует внесения корректив, способствующих развитию донорства и трансплантологии как направления медицины», – отметила она в комментарии «АГ». Однако, полагает эксперт, представленный проект далек от совершенства – он очень объемный, содержит излишнюю детализацию, а также повторы и противоречия.

Из положительных моментов Елена Цыпина отметила введение Федерального регистра, что, по ее мнению, позволит сделать процесс донорства более управляемым. «Однако проектом предусмотрены обязательное обращение к регистру и получение от него уведомления, что, на мой взгляд, усложнит процедуру донорства, – пояснила она. – Кроме того, наличие нескольких регистров может привести к путанице. Если с регистрами волеизъявлений граждан и реципиентов относительно понятно, то разделение регистра на прижизненных и посмертных доноров абсолютно не ясно. По крайней мере, из проекта целесообразность такого разделения не усматривается».

Недоумение адвоката вызвала процедура учета мнения супруга или близких родственников в случае отсутствия волеизъявления совершеннолетнего дееспособного лица. «Предполагается, что в случае смерти гражданина медработник не позднее часа после подписания протокола установления смерти должен принять меры по информированию (лично или по телефону) супруга умершего, а при его отсутствии – одного из близких родственников. После чего те вправе в течение 3 часов письменно заявить о выраженном умершим при жизни несогласии на изъятие его органов после смерти либо о своем несогласии. Процедура прописана достаточно подробно, но как это будет исполняться на практике – большой вопрос. Получается, что родственники умершего должны срочно бежать в медучреждение и представлять несогласие на изъятие органов, причем в письменном виде. Разве до этого будет убитым горем родственникам?» – задалась вопросом Елена Цыпина.

Также эксперт критически оценила условие информированного согласия касательно несовершеннолетних. «Здесь усматривается противоречие, – пояснила она. – Предусмотрено, что один из родителей умершего ребенка имеет право дать согласие на изъятие его органов для трансплантации, а далее в проекте при установлении факта несовпадения мнений двух родителей изъятие не допускается».

Разграничение на потенциальных, приемлемых, реальных и актуальных доноров, полагает адвокат, также приведет к путанице и затруднениям в реализации донорства.

В заключение Елена Цыпина добавила, что открытым остался вопрос о том, куда обращаться гражданам, если они сейчас, не находясь на больничной койке, желают выразить несогласие на изъятие их органов после смерти. «Это волнует многих, поскольку в предлагаемом проекте, как и действующем законе, предусмотрена презумпция согласия гражданина на изъятие органов после смерти в целях трансплантации. Между тем многие хотели бы сейчас выразить свое отношение к этому, однако сделать это невозможно из-за отсутствия соответствующих механизмов», – подчеркнула она.

Адвокат АБ «Онегин» Дмитрий Бартенев считает важным моментом регулирование посмертного донорства органов и тканей человека – очень сложного с этической точки зрения вопроса. «Безусловно, в обществе существует запрос на понятное регулирование посмертного изъятия органов в целях донорства, и законопроект предлагает важные гарантии защиты интересов посмертного донора и его родственников, но на основе презумпции согласия на посмертное изъятие», – отметил он.

Сама по себе такая презумпция, добавил эксперт, не противоречит ни Конституции РФ, ни международным актам. В то же время, подчеркнул Дмитрий Бартенев, важно, чтобы законодательство обеспечивало четкое и предсказуемое регулирование посмертного донорства, на что указывал в своих решениях Европейский Суд по правам человека. «Представляется, что законопроект обеспечит такое регулирование в целях достижения баланса публичных интересов (поощрение донорства) и частных (интересов родственников умершего)», – подытожил он.

По мнению адвоката КА «АДВОКАТ» Анны Мамоновой, проект содержит ряд существенных новелл. «Так, определен исчерпывающий перечень донорских органов, тогда как действующим Законом данный вопрос отнесен к совместной компетенции Минздрава и РАН», – пояснила она.

Эксперт добавила, что, как и действующий Закон, принятый в 1992 г. и неоднократно изменявшийся, проект содержит норму о презумпции согласия на изъятие органов после смерти человека. «Если в действующем законе закреплен лишь общий принцип, в силу которого “изъятие органов и тканей у трупа не допускается, если учреждение здравоохранения на момент изъятия поставлено в известность о том, что при жизни данное лицо либо его близкие родственники или законный представитель заявили о своем несогласии на изъятие его органов и (или) тканей после смерти”, то разработчики проекта значительно подробнее затронули этот вопрос», – подчеркнула она.

Однако, по мнению Анны Мамоновой, проект нуждается в существенной доработке, так как содержит положения, противоречащие ст. 47 Закона об основах охраны здоровья в части определения порядка и условий посмертного изъятия органов и тканей, а также ст. 5 Закона о погребении и похоронном деле. В частности, он не содержит указания, что при отсутствии волеизъявления умершего право на разрешение изъятия его органов и тканей имеют не только его супруг, близкие родственники и законные представители, но и иные родственники, а при отсутствии таковых – иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение. «Учитывая, что данные вопросы касаются обеспечения права человека на достойное отношение к его телу после смерти, они должны быть подробно регламентированы на законодательном уровне, их решение не следует делегировать Минздраву или иным органам исполнительной власти», – считает адвокат.

В числе основных замечаний к содержанию проекта Анна Мамонова назвала необходимость регламентации порядка волеизъявления гражданина о несогласии на изъятие органов после смерти при его нахождении вне медучреждения. Кроме того, добавила она, порядок такого волеизъявления необходимо упростить, одновременно дополнив порядок его отзыва.

Также, по мнению адвоката, в законе необходимо указать, какие именно действия по установлению родственников должны быть предприняты медучреждением. Поиск таких сведений, отметила Анна Мамонова, должен предполагать использование любых источников, а не только информации, содержащейся в медицинской документации и документах, находящихся при гражданине. «Учитывая, что решение об изъятии органов должно быть принято в сжатые сроки, поиск родственников необходимо начинать сразу после поступления гражданина в медучреждение, если он в силу своего состояния не может сообщить такую информацию медработникам», – подчеркнула она. Кроме того, считает Анна Мамонова, порядок информирования о констатации смерти совершеннолетнего дееспособного гражданина, признанного приемлемым донором, порядок оформления волеизъявления супруга или близкого родственника, а также дачи информированного добровольного согласия на изъятие органов следует регламентировать в законе, а не делегировать Минздраву. Также, по ее мнению, целесообразно конкретизировать порядок ведения указанных в проекте регистров.

Закон о пересадке органов защитит пациентов и облегчит работу врачам

20 апреля — Национальный день донора в России

Минздрав готовится  внести в Госдуму законопроект «О донорстве органов человека и их трансплантации». Эта инициатива призвана не только защитить права пациентов, но и дать отрасли шанс развиваться, чтобы со временем выйти на уровень западных стран, отмечают врачи. И подчеркивают, что внедрять новшества нужно снизу — работать с населением уже сейчас, пока сам документ только готовится. Только так его положения принесут максимальный эффект, считают эксперты.

В ожидании закона

Подготовка Министерством здравоохранения России этого проекта закона растянулась более чем на пять лет. Еще в начале декабря 2019 года тогдашний замглавы ведомства Дмитрий Костенников на встрече с председателем Совета Федерации Валентиной Матвиенко гарантировал, что документ будет внесен на рассмотрение Госдумы до конца января 2020 года. Глава палаты регионов, в свою очередь, обещала, что сенаторы проследят за соблюдением сроков, поскольку столь важный, а для некоторых граждан жизненно необходимый законопроект слишком долго «ходит по кругу».

До 20 января проект был представлен для общественного обсуждения на федеральном портале проектов нормативных правовых актов, однако на конец марта документ так и не был внесен. В пресс-службе Минздрава нашему изданию на момент подписания номера в печать так и не смогли предоставить комментарий или ответить на вопрос о предполагаемых сроках внесения законопроекта на рассмотрение депутатам Госдумы. А ведь он должен впервые установить в стране основные принципы донорства человеческих органов для трансплантации.

В частности, предлагается закрепить действующую де-факто презумпцию согласия на посмертное донорство. Это означает, что после смерти человек может стать донором, если не высказал при жизни письменного, а при определенных условиях и устного отказа. Также такой отказ могут дать родственники умершего в течение трех часов после того, как у него диагностирована смерть мозга.

Этот пункт стал одним из самых сложных во всем документе, а потому, как ранее говорил нашему изданию первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по социальной политике Валерий Рязанский, законопроект нуждается в широком общественном обсуждении.

«Прежде всего эта тема будет сложно восприниматься ментально — такая презумпция во многом противоречит установкам, которые привычны для жителей нашей страны. На мой взгляд, это должно быть системой добровольной — такая презумпция должна совпадать с внутренней позицией человека. Это очень непростой вопрос — не только с точки зрения здравоохранения, но и с нравственно-этической», — отметил парламентарий.

Вопрос этики

Мнение сенатора по этому вопросу разделяет, в частности, Русская православная церковь. В целом поддерживая жертвенность во спасение жизни, духовный институт устанавливает четкие моральные критерии допустимости трансплантации. В частности, согласно Основам социальной концепции РПЦ, пересадка органов или тканей от живого донора может основываться только на добровольном самопожертвовании ради другого человека. В этом случае согласие на эксплантацию (то есть изъятие органа) становится «проявлением любви и сострадания». Однако потенциальный донор должен быть полностью информирован о возможных последствиях эксплантации органа для его здоровья.

«Что же касается посмертного донорства, то сейчас существуют медицинские процедуры, способные биологическую жизнь в человеке продолжать. Поэтому возможны случаи, когда органы изымут у человека, которого врач признал безнадежным, и потому за него перестали бороться. Есть такие опасения», — пояснил руководитель Центра исследований в области биоэтики и высоких технологий Московской духовной академии, кандидат биологических наук и священник Владимир Духович.

Поэтому при посмертном донорстве должна быть исключена неясность в определении момента смерти. Поскольку сокращение жизни одного человека, в том числе через отказ от жизнеподдерживающих процедур, с целью продления жизни другого неприемлемо, по мнению РПЦ.

Также Церковь выступает против коммерциализации трансплантационной деятельности — органы человека могут быть только добровольно пожертвованы и не могут рассматриваться как объект купли и продажи.

Однако даже презумпция несогласия может вызвать негативные последствия в обществе. Ведь переживающие горе родственники не всегда способны мыслить рационально и могут проецировать свои страхи и боль утраты на медперсонал, считает ведущий научный сотрудник Российского научного центра радиологии и хирургических технологий имени академика А.М. Гранова Дмитрий Суслов.

фото: АГН Москва

«Например, умрет в реанимации человек, сказавший да. А его родственники будут говорить, что он не сам умер в силу того, что его заболевание не подлежало какой-либо курации, а потому что он согласился стать донором. Обвинят врачей, что его специально убили, чтобы пустить на органы», — подчеркнул ученый.

Эксперт уверен, что подобные страхи не имеют под собой никакой реальной почвы. Тем не менее, по его мнению, человек должен иметь право сказать нет. К тому же дальнейшее закрепление презумпции согласия не только поможет решить этическую дилемму, но и облегчит чисто техническую сторону вопроса, а именно ведение реестра потенциальных доноров.

«Действующее законодательство с середины 90-х годов так и не сформировало действенного механизма для тех, кто хочет отказаться от посмертного донорства. Но если его проработать, нам будет проще. Можно будет делать регистр только тех, кто сказал нет», — констатировал Дмитрий Суслов.

Технический вопрос

Напомним, что разработанный Минздравом России новый законопроект как раз предусматривает формирование в стране единого федерального регистра доноров, донорских органов и пациентов. Помимо этого, должна появиться и специальная служба для координации и обеспечения полной прозрачности всей системы, независимая от трансплантологов и реаниматологов.

Новшества призваны ускорить поиск потенциальных доноров и реципиентов, что критически важно для успеха операций и роста их числа. Кстати, подобная схема действует — и весьма успешно — в Беларуси, рассказал член Комитета Совета Федерации по социальной политике кандидат медицинских наук Владимир Круглый.

«Недавно я побывал в Беларуси в рамках наших парламентских взаимодействий, и мне очень понравилось, как там организована трансплантация: на очень высоком уровне именно организация, что для этой области — важнейший фактор. Там в каждой областной больнице делается трансплантация почки. А в Минске есть информационный центр, который собирает данные обо всех реципиентах и потенциальных донорах, то есть весь генетический профиль. Очень быстро производится анализ совместимости, и орган направляется туда, где он нужен», — подчеркнул сенатор.

По его словам, благодаря высокой эффективности работы этой системы у наших соседей сегодня удалось полностью ликвидировать очередь на пересадку почки. Также много делается пересадок сердца, легких и печени — время ожидания также минимально. И потому белорусская трансплантология по своему уровню близка к европейской. Конечно, отчасти задача облегчается малыми размерами государства, но и в России реально достичь такого уровня, считает парламентарий.

Однако для этого необходимо увеличивать количество проводимых операций. Для этого, в свою очередь, нужна презумпция согласия. Теперь речь идет уже не о моральной стороне, а о сугубо практической, подчеркнул он.

«Эта норма абсолютно оправданна и прогрессивна. И если ее не будет, то донорство органов в нашей стране будет отброшено на много лет назад. Иначе мы неизбежно столкнемся с очень длительным процессом согласования: запросы родственникам, обращения к завещанию, ожидание ответа. А все должно быть четко регламентировано законом», — пояснил Владимир Круглый.

Добавим, что, согласно концепции нового законопроекта, медучреждения впервые будут обязаны после смерти человека сохранять его органы для возможной пересадки, — что ранее делалось не везде. Документ также регламентирует процедуру признания покойного донором и предотвратит вероятные конфликты с его близкими.

Механизм будет выглядеть примерно следующим образом: пациент будет вправе проинформировать лечащего врача — письменно или устно в присутствии двух свидетелей — об отказе от изъятия органов после своей кончины. И это его решение будет занесено в создающийся регистр волеизъявления граждан.

Затем, перед трансплантацией, специалисты убедятся, что в базе данных нет прижизненных возражений усопшего. Тогда в течение часа доктора должны будут связаться с его родными и попросить разрешение на донорство у них. Ответ придется дать не позднее чем через три часа после разговора с медиками. В противном случае вступит в силу действующая и ныне презумпция согласия: при отсутствии предварительного отказа органы вправе изъять по умолчанию.

Однако под ее действие не попадут граждане, чья личность не установлена. Аналогичное решение будет принято и в случаях, когда речь идет о несовершеннолетних и людях, которые были официально признаны недееспособными. Их посмертное донорство санкционируют только при добровольном согласии родственников.

Кроме того, ни при каких обстоятельствах нельзя будет забирать органы после кончины малолетних сирот и детей, чьи родители недееспособны. А принуждение к трансплантации может стать уголовно наказуемым деянием.

Путь с пересадкой

Несмотря на существующий ряд трудностей, за последнее десятилетие российская география трансплантологии заметно расширилась. Крупные центры по пересадке органов в основном концентрируются в федеральных округах и распространены не в каждом субъекте. Тем не менее если раньше они были лишь в 19 регионах, то теперь такие центры существуют в 32 субъектах Федерации. В 68 специализированных центрах ежегодно проводится свыше двух тысяч операций. Сегодня более 16,5 тысячи россиян живут с донорскими органами.

А в очереди на такое медицинское вмешательство стоят около девяти тысяч человек, включая более шести тысяч ожидающих пересадки почки — это наиболее востребованная и часто проводимая операция. При этом число пациентов с терминальной почечной недостаточностью, получающих заместительную терапию путем диализа, составляет около 45 тысяч и ежегодно увеличивается на 8-10 процентов.

«Пересадка почки наиболее востребована, поскольку благодаря заместительной терапии лист ожидания может поддерживаться достаточно долго. И центры диализа есть во всех регионах. На втором месте — пересадка печени, хотя у нас нет «острого листа». То есть люди, срочно нуждающиеся в новой печени, не могут ее получить. Третий по востребованности орган — это сердце», — рассказал Дмитрий Суслов.

Реже пересаживают легкие, поджелудочную железу, кишку или кожу. По его словам, у трансплантологии сегодня две основные проблемы, сдерживающие рост отрасли. Во-первых, бывает трудно найти орган удовлетворительного качества даже при наличии потенциального донора.

Во-вторых, ограниченное количество, собственно, самих доноров. В России сегодня донорство распространено примерно на 70-80 миллионов человек населения. При этом на один миллион населения приходится 16,7 донора органов. Через пять лет этот показатель должен достигнуть 25,2. По мнению Дмитрия Суслова, отрасль будет активнее развиваться, когда донорством будут охвачены хотя бы 140 миллионов населения.

К 2024 году Минздрав планирует обеспечить медпомощью методом трансплантации еще десять регионов с тем, чтобы ее смогли получить более 15 тысяч россиян, в том числе детей. Но дальнейшее развитие сферы донорства органов и их пересадки тормозит устаревшая правовая база, принципиально не менявшаяся последние три десятка лет.

Поэтому разрабатываемый ведомством законопроект особенно актуален сегодня. Но пока он проходит необходимые стадии согласования, необходимо начинать работу с населением, считает эксперт. «До создания единой федеральной базы нужны регистры доноров и реципиентов в каждом регионе. Они должны регулярно обновляться, и изменения должны вносить сами доктора», — заключил Суслов.

Отметим, что на сегодня мировым лидером в области пересадки органов считается Испания. Там на один миллион населения приходится 47 доноров органов, при этом больше половины из них — это люди старше 60 лет. Также действует «мягкая» презумпция согласия (именно ее вариант хотят внедрить и у нас) и централизованная система получения органов с активной информационно-просветительской работой. Всемирная организация здравоохранения именно такую модель рекомендует как наиболее эффективную для развития данного направления медицины. 

Минздрав опубликовал проект закона о донорстве органов – журнал Vademecum

Министерство здравоохранения РФ представило проект федерального закона «О донорстве органов человека и их трансплантации». Документом закрепляется презумпция согласия гражданина РФ на посмертное донорство органов, создание федерального регистра доноров и ключевые механизмы работы трансплантационных служб. Закон готовился на протяжении пяти лет, ожидается, что в случае одобрения документ вступит в силу с 1 июня 2021 года.

Представленным проектом закона сохраняется автоматическое согласие совершеннолетнего дееспособного гражданина на посмертное изъятие органов при выполнении двух условий: если он не сообщил свой прижизненный отказ от посмертного донорства в устной форме лечащему врачу в присутствии двух свидетелей, либо в письменной форме – в медицинской организации, а также если супруг или один из близких родственников умершего не заявили устный или письменный отказ от трансплантации органов в течение трех часов с момента получения информации о констатации смерти от сотрудников медицинской организации.

Законопроект также устанавливает ограничения на потенциальных доноров – изъятие органов запрещается в случае наличия прижизненных противопоказаний или если личность погибшего достоверно не установлена.

При этом врачам ставится в обязанность информирование родственников потенциального донора в течение одного часа с момента подписания протокола установления смерти (мозга) человека – в устной форме лично или по телефону. В случае если медики не смогут в течение двух часов связаться с родственниками донора ввиду отсутствия данных о них, медики вправе принять решение об изъятии органов для трансплантации без согласия погибшего или его близких.

Закон вводит четыре статуса для доноров: потенциальным донором признается любой пациент, у которого зафиксирована смерть, при этом начинаются мероприятия по обеспечению сохранности органов для трансплантации, приемлемым донором – пациент, у которого не обнаружено медицинских противопоказаний для донорства, реальным донором – пациент, в отношении которого отсутствует прижизненный отказ от донорства, а также не получен отказ от родственников в течение трех часов с момента получения ими информации о смерти. Статус реального донора дает медикам право изъять органы. Актуальным донором признается умерший пациент, у которого изъят орган для последующей трансплантации.

При посмертном донорстве потенциально могут быть изъяты сердце, легкое или его доля, трахея, комплекс «сердце –легкое», почка, печень, поджелудочная железа, в том числе с 12-перстной кишкой, кишечник или его фрагменты. В случае прижизненного донорства могут быть пересажены почка, часть печени, часть тонкой кишки, доля легкого, часть поджелудочной железы.

В соответствии с законопроектом, Минздрав должен создать Федеральный регистр доноров органов, реципиентов и донорских органов, в который будет включаться информация о прижизненных решениях, прижизненных и посмертных донорах и реципиентах. Каждый гражданин сможет по заявлению проверить свой актуальный статус в регистре.

Кроме того, законопроект прописывает права прижизненных доноров. В частности, они получат право быть полноценно информированы о возможных осложнениях, задавать любые вопросы, связанные с предстоящим изъятием донорского органа, и получать на них ответы, а также отказаться в любой момент от предоставления своего донорского органа в целях трансплантации. При этом донор после операции получает право на диагностику, лечение и медицинскую реабилитацию по программе государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи и диспансерное наблюдение, порядок проведения которого устанавливается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Общественное обсуждение проекта закона продлится до 20 января 2020 года.

Закон о донорстве готовится в России на протяжении последних пяти лет. В декабре 2017 года сообщалось, что Минздрав завершил разработку документа и передал его в Главное правовое управление Администрации Президента РФ. Тогда в ведомстве не исключали, что законопроект может быть внесен в Госдуму в начале 2018 года.

В начале января 2019 года министр здравоохранения Вероника Скворцова анонсировала завершение работы над законопроектом и создание Федерального регистра волеизъявлений о донации органов.

Поделиться в соц. сетях

Донорство органов в России | Благотворительный фонд «Подари ЗАВТРА!»

Донорство – это предоставление донорами своих органов и тканей для трансплантации другому человеку, а крови – для переливания.

Наиболее распространено по всему миру именно донорство крови и ее компонентов, и проблем с ним обычно не возникает, ведь кровь можно сдавать на протяжении длительного периода жизни. Вредно ли сдавать кровь на донорство? – Нет, это совершенно безопасно, если количество взятой крови не критично для дальнейшей работы организма.

С донорством органов ситуация посложнее, ведь некоторые органы можно получить для трансплантации только после смерти человека.

В России существует Закон , который определяет условия и порядок трансплантации органов и (или) тканей человека, опираясь на современные достижения науки и медицинской практики, а также учитывая рекомендации Всемирной Организации Здравоохранения. Трансплантация или пересадка органов и тканей человека является средством спасения жизни и восстановления здоровья человека и должна осуществляться на основе соблюдения законодательства Российской Федерации и прав человека в соответствии с гуманитарными принципами, провозглашенными международным сообществом, при этом интересы человека должны стоять выше над интересами общества и науки.

Как стать донором органов при жизни?

Законодательством нашей страны предусмотрено прижизненное донорство парных органов, например, почек и частей органов или тканей, потеря которых не представляет опасности для жизни и здоровья, например, часть печени, часть тонкой кишки, доля легкого, часть поджелудочной железы, костный мозг. Многие задаются вопросом: какие последствия пересадки костного мозга для донора? – Костный мозг у донора для трансплантации отбирают обычно с бедренной кости. Это совершенно не опасно, потому что большое количество костного мозга остается в плоских костях донора, и недостатков компонентов крови он испытывать не будет.

Также можно стать донором печени: от живого человека пересаживают одну или две доли печени, которые разрастаются до нормальных размеров в теле реципиента, точно также происходит полное восстановление печени донора.

Процесс прижизненного донорства органов и тканей технически включает в себя следующие этапы:

  • — донор проходит медицинское обследование на предмет отсутствия противопоказаний к донорству;
  • — если донорство осуществляется в пользу конкретного лица, то проводится проверка биологической совместимости донора и реципиента;
  • — донора (а также реципиента, если он уже есть) готовят к хирургическому вмешательству по трансплантации органа; изучаются возможные последствия трансплантации для донора и реципиента; оформляются необходимые документы и получается окончательное согласие на трансплантацию;
  • — проводится хирургическое вмешательство по трансплантации.

Прижизненной донорство в нашей стране осуществляется безвозмездно и только по отношении к родственникам, продажа и подобные средства распространения органов запрещены. Но некоторые органы можно изъять для трансплантации только посмертно.

Как стать донором органов посмертно?

Донорство — это очень благородно, и польза донорства – неоспорима. Особенно важно посмертное донорство органов, когда жизнеспособные органы и ткани от уже погибшего человека способны спасти еще живых тяжело больных. В нашей стране действует презумпция согласия на посмертное донорство. Это значит, что после смерти каждый человек становится потенциальным донором, если при жизни он не успел оформить письменный отказ от донорства органов. Такой же отказ могут оформить близкие родственники или законный представитель человека, если его волеизъявление не может быть осуществлено. Наиболее правильным является донорство от молодых и здоровых людей, чья смерть была преждевременной. Это прекрасная возможность продолжить жизнь после смерти, подарив надежду на выздоровление угасающим пациентам, ожидающим донорских органов. Посмертное донорство особенно важно, потому что только после смерти можно стать донором сердца, тканей глаза, легких.

Опасаться неправомерных действий медицинских работников не стоит, ведь изъятие органов осуществляется только после констатации смерти и только с разрешения главного врача больницы. Если человек хочет стать донором органов посмертно, то ему не нужно предпринимать никаких действий, просто следить за своим здоровьем, соблюдать здоровый образ жизни. И тогда даже после смерти он сможет совершить благородный поступок. Для изъятия органов у погибшего ребенка требуется обязательное согласие его родителей — в этом случае применяется презумпция несогласия. Ни при каких обстоятельствах не могут использоваться органы умерших детей-сирот и детей из неблагополучных семей. Запрещается рассматривать в качестве потенциальных доноров и умерших людей, личность которых не установлена. За изъятие их органов устанавливается уголовная ответственность.

Сколько стоит донорство?

Интернет пестрит объявлениями: «продам почку», «стану донором почки». Однако стоит знать, что официально продать свои внутренние органы, в том числе и почки, не получится. Не получится это сделать не только в России, но и во всех развитых странах, за исключением Ирана. Там продажа разрешена на государственном уровне при тотальном контроле со стороны представителей медицинских ведомств.

Кроме того, с 2013 года вступил в силу закон, который отменил денежное вознаграждение и за сдачу крови донорам. Компетентные эксперты подчеркнули, что безвозмездная сдача крови — мировая общепринятая практика.

Исторически система донорства начиналась в США. И в этой стране, где уже более 40 лет действует система испрошенного согласия, около 65% граждан являются добровольными донорами органов. Этот факт отражен в национальном регистре, а также в личных документах граждан. По данным российских социологов, среди россиян согласных на посмертное донорство не более 5%. Еще меньше граждан готовы дать разрешение на изъятие органов своих близких.

Как признался заведующий кафедрой нейро- и патопсихологии МГУ имени М. В. Ломоносова, президент Московского психоаналитического общества Александр Тхостов, он является добровольным донором в США, но «не факт, что сделал бы такой же документ в России». Чисто по психологическим причинам. «Добровольное донорство не развивается в России не потому, что у нас неграмотное население, — считает эксперт. — В России существует глобальное недоверие между населением и всеми ветвями власти. И к медицине это имеет прямое отношение. Мы постоянно опасаемся, что нас обманут. И единственный путь для нахождения консенсуса, хотя бы по части каких-то отдельных проблем, — максимальная открытость» .

Строго по закону: почему действующие нормы мешают спасать жизни детей | Статьи

В очереди на пересадку органов в России находятся тысячи детей, а занимаются детской трансплантологией лишь несколько учреждений по всей стране. Среди них и Российская детская клиническая больница (РДКБ). Сюда приезжают пациенты со всех регионов, и до 2019 года, чтобы обеспечить их необходимым материалом, специалисты проводили забор донорских органов в соседних городах. Сейчас оказалось, что врачи спасали жизни «незаконно». Забором органов в этих городах должна была заниматься местная организация. Так, количество донорских органов в РДКБ сократилось, а вот пациентов — нет. Баланс между справедливостью и законом теперь пытаются найти родители, врачи и общественные деятели, чьи обращения поступили в «Известия».

Откуда органы?

Основной источник донорских органов — трупы. По закону изъятие возможно исключительно после констатации смерти мозга. Этот факт устанавливает консилиум врачей, в который не могут входить специалисты, принимающие участие в изъятии и трансплантации. Если совершеннолетний при жизни не заявил, что отказывается быть посмертным донором, или если о таком отказе не позаботились его родственники, то работает презумпция согласия и бригады, у которых есть соответствующая лицензия, могут изъять органы, не ставя в известность близких умершего. Но даже при такой, казалось бы, облегченной процедуре, в лучшем случае врачам удается получить четверть от всех донорских органов.

Автор цитаты

Проблема не столько в нехватке материала — ежедневно фиксируются и смерти от инфаркта, и гибель в ДТП, и другие случаи, в которых органы умершего могли бы спасти жизнь других. Главные сложности — организационные.

Фото: Depositphotos

На уровне законодательства, для того чтобы проводить трансплантацию, забор и заготовку органов, необходима лицензия. Министерство здравоохранения утверждает перечень учреждений, у которых она есть. Список от 2019 года кажется внушительным. Забором органов могут заниматься в 44 учреждениях на федеральном уровне и в 120 на уровне субъектов, а пересадкой — в 44 на федеральном уровне и 51 в субъектах.

Но могут — не значит, что занимаются, поясняют врачи. Для такой работы необходимо и финансирование, и соответствующее техническое оснащение, и наличие большого количества квалифицированных кадров, и отработанные схемы взаимодействия между разными медицинскими учреждениями.

«Операцию по трансплантации почки возможно провести только в технологически оснащенном стационаре при наличии высококвалифицированного персонала. Нужны порядка двух десятков специалистов, которые будут работать с этим конкретным пациентом. Готовить его, брать анализы, потом, после трансплантации, отслеживать массу показателей, в течение двух месяцев выхаживать. Это труд большого коллектива, а сделать в подворотне пересадку нереально», — объясняет руководитель Центра по пересадке почки Российской детской клинической больницы, детский хирург Алексей Валов.

Автор цитаты

Пока всё это есть разве что в учреждениях столицы. Для сравнения: в Москве, по словам главного трансплантолога Минздрава и директора НМИЦ трансплантологии и искусственных органов им. В.И. Шумакова Сергея Готье, пересаживают примерно 600 почек в год, а в регионах за это же время могут проводить одну-две операции. Детьми же и вовсе занимаются только в столице.

Фото: РИА Новости/Григорий Сысоев

«Детская трансплантация проводится только в нескольких учреждениях Москвы: у нас, в РДКБ, в НЦЗД (Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей. — «Известия»), в Центре хирургии им. Петровского, в Институте урологии. И в Новосибирской областной клинической больнице делают пересадку печени маленьким детям», — рассказывает Сергей Готье.

Территориальное разделение

Как между маленькими пациентами этих учреждений распределяются органы — вопрос, который волнует всех родителей. В законодательстве очевидного ответа на него до сих пор нет.

Автор цитаты

Ясно лишь то, что очередь и для взрослых, и для детей — одна. Изъятием детских органов в России не занимаются — значит, пересаживать приходится органы взрослых.

Формально детское посмертное донорство тоже возможно. Процедура предусмотрена законом, и она идентична донорству взрослых. Только в случае с несовершеннолетними и недееспособными на изъятие в обязательном порядке нужно согласие опекунов. Тем не менее применять норму на практике никто не решается.

В итоге операции детям становится сложнее проводить по целому ряду причин. Это и трудности с набором необходимого для операции веса, и проблемы с поиском подходящего донора — ведь помимо стандартных показателей совместимости нужно учитывать и размер донорского органа.

Фото: ТАСС/Валерий Матыцин

В 2016 году общероссийская общественная организация трансплантологов «Российское трансплантологическое общество» разработала рекомендации в сфере трансплантации и посмертного донорства органов. В них говорится, что, если возраст донора не превышает 35 лет, в первую очередь для подбора пары донор–реципиент рассматриваются дети. Рекомендации к исполнению не обязательны, но с таким правилом согласно большинство врачей.

Также в документе прописана система распределения органов. Подразумевается, что на конкретной территории за это должен отвечать координационный центр донорства. Делает он это на основании единого листа ожидания, который составляется, исходя из данных, которые предоставляют местные центры трансплантации.

Казалось бы, такая схема должна работать прозрачно. Единый центр ведет список, проводит анализ совместимости поступивших органов с базой пациентов всех больниц, выбирает оптимальную пару и направляет орган туда.

Проблема только в том, что на деле списка организованных центров нет и понять, где они действительно работают, невозможно. Благодаря медийности руководителей ясно, например, что они создали такие центры в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске.

Фото: РИА Новости/Виталий Аньков

Самой слаженной работой отличается Московский координационный центр органного донорства (МКЦОД) на базе Боткинской больницы. Как объясняет заведующая центром Марина Минина, в каждой медицинской организации, с которой сотрудничает МКЦОД, есть трансплантационный координатор. Он связывается с центром, как только в больнице появляется потенциальный донор органов. На этот сигнал оперативно выезжает бригада центра для забора донорских органов и их транспортировки в больницы, где будет происходить пересадка.

Ни вашим ни нашим

Раньше помимо МКЦОД забор органов могли проводить и специальные бригады в больницах. Например, врачи РДКБ долгие годы выезжали в Одинцово, Пушкино, Люберцы, Серпухов, Чехов и Раменское, где своего координационного центра не было. В 2016 году Минздрав Московской области выпустил приказ, по которому в Подмосковье такой орган все-таки появился. Им назначили Московский областной научно-исследовательский клинический институт им. М.Ф. Владимирского (МОНИКИ). Теперь он и должен был самостоятельно заниматься забором донорских органов. Однако вплоть до 2019 года бригады РДКБ продолжали выезжать на забор. Как объясняет Алексей Валов, МОНИКИ это устраивало.

Почти все почки на протяжении нескольких лет изымали мы. По договоренности часть отдавали им, а часть пересаживали у себя. Еще 10–12 почек в год мы получали от Московского координационного центра органного донорства, и этого хватало. С 2019 года нам запретили работать в Подмосковье. Сейчас в Московской области идут в дело только 5–7% донорских почек, которые можно было бы использовать. Остальное пропадает. При этом нам за 2019 год они тоже не выделили ничего, — объясняет Алексей Валов на встрече с родителями в РДКБ (запись беседы есть в распоряжении «Известий»).

Фото: РИА Новости/Константин Чалабов

По мнению специалиста, новый приказ Минздрава фактически установил для Подмосковья приоритет обеспечения органами жителей Подмосковья. О детях там нет ни слова, хотя все они, когда возникает необходимость пересадки, поступают в Москву.

«Мы писали заявления, что в федеральной больнице не хватает органов, что нам ничего не передали из Подмосковья. У нас в отделении несколько детей оттуда. Но ведь и им ничего не выделили», — подтверждают родители в РДКБ.

К руководству МОНИКИ инициативная группа из детской больницы ездила уже не раз. Просила снова допустить их врачей на забор, пока координатор не сможет поставить службу на ноги и проводить их самостоятельно в достаточном количестве. На эти предложения и врачам, и родителям отвечали отказом. На просьбу показать документы, в которых бы отражалась их работа с органами, ответ был такой же.

Комментировать ситуацию «Известиям» в МОНИКИ тоже не стали.

Писали родители письма и президенту, и в Минздрав. Ответ пришел из Росздравнадзора по Москве и Московской области.

Автор цитаты

В письме говорится, что в ходе проверки Министерства здравоохранения Московской области по вопросу трансплантологии был проведен «аудит первичных документов» и установлена пропажа «значимых документов». Кроме того, указывалось, что «между Министерством здравоохранения Московской области и РДКБ достигнуто соглашение, в рамках которого уже предоставлены две почки».

То, что две почки после многочисленных писем, возмущений и сюжетов на телевидении появились, признают и врачи, и родители. А вот о каком соглашении идет речь, никто не знает. «Известия» направили запрос на уточнение в Министерство здравоохранения, но к моменту публикации ответ не поступил.

Фото: ТАСС/Павел Смертин

Чтобы решить проблему на законодательном уровне, инициативная группа пыталась признать несправедливым сам приказ Министерства здравоохранения Московской области. В прокуратуре ответили, что в нормах этого распоряжения действительно есть «внутреннее противоречие друг другу», а действующая редакция документа «не позволяет определить правила ведения листа ожидания» и «указывает на наличие коррупциогенного фактора» (копия ответа есть в распоряжении «Известий»). Но и это не повлекло никаких изменений.

Тем не менее без решения сверху проблему с места не сдвинуть, полагают врачи.

Алексей Валов, руководитель Центра по пересадке почки Российской детской клинической больницы, детский хирург

Я понимаю, что самостоятельно работать в Московской области нам не дадут. Раньше на личных контактах еще могли договориться. Там видели, что мы работаем с детьми, и с барского плеча разрешали проводить заборы. Но теперь всё закрепили документы. Строится система, идентичная московской. Она действительно у нас отлично работает. Но они за 10 лет работу наладили. Появился единый центр, с единым листом ожидания. В Московской области обещали с 2017 года работать по тем же принципам, а когда будет уже достаточно материала, то и другим смогут что-то отдавать. Но мы видим, что пока им и самим не хватает, потому что не удалось наладить работу. Поэтому мы предлагаем хотя бы на переходный период работать вместе. Не надо отменять распоряжение, но пусть к нему будет дополнение.

Помимо распоряжений, как поясняет «Известиям» медицинский юрист Андрей Бендер, помешать работе РДКБ на выезде может и их тип лицензии.

В ней говорится, что у них есть право на изъятие, хранение и пересадку органов на территории данного учреждения. Но не на транспортировку органов. Для тех, кто занимается перевозкой, нужен целый пакет документов. Человека, который перевозит органы, могут задержать, и у него должно быть разрешение, некий путевой лист, иначе возникнет множество вопросов, — рассуждает юрист в беседе с «Известиями».

При этом в том же перечне организаций, которые работают в этой сфере, понятие «транспортировка» вообще не предусмотрено.

Последствия ожидания

Какому проценту из всех нуждающихся в помощи детей сегодня удается помочь — сказать сложно, пока нет единого листа ожидания по России. По оценкам врачей, ежегодно к тем, кто уже ждет почку, присоединяется более тысячи детей. Срок ожидания, который сегодня составляет порядка одного-двух лет, каждый переносит по-разному.

Фото: РИА Новости/Григорий Сысоев

У восьмилетнего Демида Романова он обернулся множеством проблем и поставил жизнь под угрозу. С рождения у него хроническая почечная недостаточность. Единственный шанс — пересадка, поскольку процедуры, которые, заменяя почки, должны очищать организм, вызвали ряд осложнений.

Моему сыну изначально сложно было переносить диализ. Из-за свойств соединительной ткани даже для установки самого катетера пришлось перенести четыре операции за месяц. Потом процесс наладили, но через два года возникли новые осложнения. Опять сказались проблемы соединительной ткани. Если простым языком, брюшина просто стала рваться, нужно было зашивать, — вспоминает мать Демида, Анастасия.

Тогда им удалось получить направление в РДКБ.

Анастасия Романова

Ему провели экстренную операцию по удалению паховых грыж (это побочное действие диализа), но на фоне ослабленного иммунитета он подхватил сильнейший перитонит. Состояние было пограничное между жизнью и смертью. Мы боролись два с половиной месяца. Все жизненно важные показатели упали до критических отметок. Его перевели на гемодиализ — фильтрацию крови.

Некоторые могут жить на этой процедуре годами, но отрицать ее побочные действия невозможно. Для Демида они сначала привели к проблеме с костями — он уже не может ходить, а также к падению зрения и нарушению слуха. Потом появились и изменения в сердце.

Анастасия Романова

Начались проблемы с артериальным давлением: еще немного и потребовалась бы уже пересадка сердца. Состояние было критическим — настолько, что он выпал из листа ожидания. Длительное ожидание почки сделало состояние настолько тяжелым, что провести пересадку было бы невозможно.

Фото: ТАСС/Донат Сорокин

В апреле будет год, как Демид ждет почку. Сейчас организм удается стабилизировать, и Анастасия надеется, что с апреля ее сын снова будет включен в лист ожидания. И на этот раз донорский орган придет вовремя.

Сейчас Московский центр органного донорства выделяет больнице то количество материала, которое может.

— В МКЦОД нам дали 26 трансплантатов в 2019 году, но еще больше дать они не могут, потому что обеспечивают все центры Москвы, — объясняет Алексей Валов.

Но и оставлять всё как есть и ждать, когда гладкий на бумаге механизм заработает в реальной жизни, — значит, фактически обрекать на смерть тех, кто сейчас ожидает пересадок.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Состояние современной трансплантологии в Москве: прорыв, сопоставимый с первым полетом в космос

Марина Геннадьевна Минина, доктор медицинских наук, заведующая Московским координационным центром органного донорства – о том, как за последние 4 года в городе удалось в 2 раза увеличить число успешных трансплантаций донорских органов.

За последние несколько лет число операций по пересадке органов в Москве выросло почти вдвое На Ваш взгляд, с чем связаны основные успехи московского здравоохранения в области трансплантологии?

Прорыв в области трансплантологии в Москве начался с 2013 года. Первым и самым главным шагом стало создание нормативного документа, который регламентирует весь процесс. Приказ Департамента здравоохранения Москвы «Об организации медицинской деятельности, связанной с донорством органов человека и оказанием медицинской помощи по профилю «хирургия» был принят в конце 2012 года (последняя редакция произведена в 2017 году). Для нашей сферы этот документ по значимости сопоставим с первым полетом в космос. Ни в одном регионе России до сих пор не принят подобный документ – и, думаю, это прежде всего заслуга прогрессивного подхода департамента.

В приказе отражены мировые тенденции в области организации процесса донорства органов и трансплантации. Понятно, что следующим необходимым шагом было налаживание организационного процесса и внедрение системы трансплантационной координации. Система, введенная нами в Москве в 2013 году, была разработана в Испании в 1980-е годы, и на сегодняшний день она остается наиболее эффективной во всем мире.

И ядром этой новой системы координации стал Московский координационный центр органного донорства?

Сам центр был создан гораздо раньше, в 1995 году, но с конца 2012 года открылась новая страница его истории. Наш центр является структурным подразделением Боткинской больницы, крупнейшей многопрофильной медицинской организации Москвы, лидера в области донорства органов с многолетним опытом работы и мощнейшим хирургическим потенциалом.

Основная функция центра – координация донорского процесса во всех медицинских организациях Москвы. Основная движущая сила центра – выездные бригады специалистов по забору донорских органов. В состав бригады входят хирурги, анестезиологи-реаниматологи, средний медицинский персонал. Помимо большого медицинского опыта и знаний, сотрудники бригад хорошо подготовлены юридически: они могут оперативно проконсультировать сотрудников медицинских организаций по поводу всех нюансов, убедиться, что коллеги действуют корректно и в полном соответствии с действующим законодательством.

Бригада оперативно выезжает на вызов для забора донорских органов в медицинские организации, с которыми сотрудничает центр (сейчас этих организаций 17), и кроме того, осуществляется транспортировка донорских органов в больницы, где их уже ждут реципиенты и где будет происходить операция по пересадке.

В каждой медицинской организации, с которой мы сотрудничаем (сейчас это 17 больниц), есть трансплантационный координатор – специально обученный специалист, который осуществляет связь с Центром, как только в больнице появляется потенциальный донор органов.

Обучение трансплантационных координаторов – тоже задача центра?

Да, и это был третий, очень сложный и трудоемкий шаг в создании нашей системы. Мы наладили процесс обучения врачей анестезиологов-реаниматологов на местах основным функциям координатора. Координатор – не просто опытный медик, он обязан действовать строго в рамках действующего нормативного акта. Он знает все о порядке забора донорских органов, о том, как и когда осуществить вызов бригады нашего Центра, что является медицинским и, скажем так, юридическим противопоказанием для забора органов. Если у координатора возникают сомнения – он связывается с нашим Центром. Мы работаем 24 часа в сутки и помогаем уточнить все нюансы.

Сейчас в системе состоят 17 московских больниц – а будут ли включены в систему новые организации?

Конечно, мы планируем дальнейшее развитие системы и включение в нее других медицинских организаций. По сути, каждая больница, где есть отделение нейрореанимации, потенциально способна обеспечить город донорскими органами. Вопрос только в том, чтобы своевременно обучить координатора.

Итак, с 2013 года в Москве внедряется передовая система координации процесса трансплантологии донорских органов. Часто ли приходится в рамках данной системы заниматься вопросами срочной трансплантации – скажем, у пострадавших от ДТП?

В наших реалиях, экстренная трансплантация, обусловленная острой травмой органа, – это редкий случай. В основном мы имеем дело с пациентами, которые страдают от т.н. неинфекционных хронических заболеваний, таких как гломерулонефрит, цирроз печени, терминальная сердечная недостаточность. Число больных, ожидающих трансплантации органов, стабильно велико: наш Центр курирует единый московский лист ожидания, занимается подбором донорских органов для каждого случая.

В этих условиях очень важно, чтобы число трансплантаций росло ежегодно, без срывов, ведь во многих случаях пересадка – это последний шанс для людей с тяжелыми терминальными заболеваниями продлить свою жизнь.

Поговорим о донорстве внутренних органов. Кто в Москве чаще всего становится донором органов?

Сейчас в Москве более 80% всех случаев донорства – это посмертное донорство. Донором внутренних органов может быть человек, у которого констатирована смерть мозга, при этом остальные органы целы и продолжают функционировать, у пациента не было остановки сердца и т.д. Обычно это человек, скончавшийся от изолированного тяжелого повреждения головного мозга – например, инсульта или черепно-мозговой травмы. Обратите внимание: если у пациента имеются признаки коры головного мозга, ни о каком донорстве речи идти не может. В условиях российского законодательства только гибель всех отделов мозга включая его ствол, является обязательным условием для начала процедуры констатации смерти мозга.

Остальные случаи трансплантации – это родственное донорство, когда пациенту добровольно отдают органы (чаще всего – почку) близкие родственники. В Москве этот сегмент составляет не более 15-20%.

Во всем мире процент посмертного донорства так же велик?

В других странах мира ситуация несколько иная: случаи родственного донорства составляют до 40%. Это связано с тем, что текущим законодательством в России разрешено только генетически родственное донорство (то есть, донорами могут быть дети и родители, брат, сестра и т.д.). Во всем мире допустимо, чтобы, например, супруги стали донорами почки – но только не у нас. Почему так? Вероятно, это связано с риском распространения коммерческих договоренностей между людьми, которые не являются кровными родственниками. Во всяком случае, практика посмертного донорства у нас гораздо шире распространена, чем практика родственного донорства.

За 2017 год в Москве число посмертных доноров на миллион населения в год составило 15,7 — это, например, выше чем в Германии (в Германии – 10,4), и в целом превышает среднеевропейский уровень. Однако, это показатели только Москвы – по всей России данный показатель составляет не более 3,3.

С чем связан такой высокий показатель донорства в Москве – неужели с высокой частотой смерти мозга у пациентов?

Нет, с показателями смертности эта цифра напрямую не связана. Чаще всего здесь вопрос в том, насколько подготовлены трансплантационные координаторы на местах, как своевременно они вызывают бригаду из нашего центра к каждому донору, насколько правильно сохраняют органы до нашего приезда. Иными словами, цифры говорят о том, что наша система работает.

Как умерший человек становится донором органов – юридически?

Согласно действующему законодательству, у нас в стране принят принцип презумпции согласия на донорство органов. Это значит, что, если при жизни человек не выразил своего возражения против того, чтобы в случае своей смерти стать донором органов и, если на момент смерти человека медицинская организация не была поставлена в известность о его возражении, он станет донором. В проекте нового Закона о трансплантации органов, подготовленного Минздравом России,родственники умершего могут отказаться от донорства близкого им человека в течение 2-х часов с момента сообщения о его смерти. –

Кроме того, проектом нового Закона предусмотрено ограничение на донорство органов от неустановленных лиц.

Как часто возникают конфликты между родственниками донора и медицинской организацией, связанные с правомерностью забора органов?

Отказ родственников для врача – святое, никто не пойдет наперекор их решению. Но надо сказать, что официальных отказов от донорства со стороны родственников поступает немного, не более 10 случаев в год на весь город. Конфликт потенциально может возникнуть, если забор органов уже осуществлен, осуществлен по всем правилам, но родственник с опозданием выражает свое несогласие. Здесь работает буква закона: все сроки установлены четко.

Наверное, спорные моменты могут возникнуть как раз на этапе констатации смерти мозга донора?

Весь этот процесс регламентирован действующим российским законодательством. В первую очередь, это федеральный закон 1992 года, а также медицинская инструкция по констатации смерти мозга человека. Нужно отметить, что в России принята констатация смерти мозга и по неврологическим, и по стандартным, биологическим критериям.

Смерть мозга – это гибель всех его частей. Если есть малейшее сомнение в том, что мозг полностью мертв, врач по умолчанию считает пациента живым и наблюдение продолжается далее.

В России самая жесткая инструкция по констатации смерти мозга в мире. Смерть мозга констатируется врачебной комиссией, в которую обязательно входят невролог и реаниматолог со стажем работы не менее 5 лет, а также лечащий врач пациента. Если нет возможности установить смерть мозга клинически, то пациенту делают панангиографию сосудов – инвазивное высокоточное исследование, признанный золотой стандарт диагностики смерти мозга.

Расскажите подробнее о листе ожидания на трансплантацию – как устроена эта система?

Листы ожидания в Москве единый. Обратите внимание, что наш Центр имеет право работать только на Москву – но при этом мы обеспечиваем донорскими органами в том числе и московские федеральные учреждения.

За последние годы в Москве равный доступ к трансплантации органов пациентов как московских, так и федеральных медицинских организаций. Это действительно важно: в каком бы учреждении человек ни лежал, он не испытывает ущемления своих прав, приоритет для отдельно взятой медицинской организации исключен. Главную роль при распределении донорских органов играют срок ожидания, ургентность ситуации и иммунологические и иные медицинские совпадения между донором и реципиентом. Все вместе это – пациент — ориентированный принцип распределения органов. Мы не даем поводов для конфликта между медицинскими организациями, отталкиваемся только от медицинского состояния каждого человека, ожидающего пересадки.

А как достигается принцип анонимности при распределении органов?

Каждый месяц в Центр из сотрудничающих с нами медицинских организаций доставляется лист ожидания в виде списка фамилий и соответствующих медицинских показателей. Мы не знаем этих пациентов из листа ожидания, не видим их. Все, чем мы располагаем – это данные, которые будем сопоставлять с донорскими.

Очередность в листе ожиданий регламентирована законом. Главные показатели для нас – длительность ожидания и ургентность (срочность ситуации). Из двух человек, имеющих одинаковые сроки и иммунологические параметры, мы выбираем того, чье медицинское состояние тяжелее. Для того, чтобы оценить потенциал жизни каждого пациента, есть эффективные методики, максимально механизированные, чтобы исключить человеческий фактор (например, показатель MELD, при терминальных стадиях заболеваний печени).

После того, как донор найден и пересадка проведена, мы получаем от медицинских организаций обратную связь – тоже формализованную, в виде отчета о том, как функционируют пересаженные органы.

А каковы данные о том, насколько хорошо «приживаются» пересаженные органы и чем это обусловлено?

Выживаемость донорских органов в 1-й год после трансплантации составляет 95-96% для почки и 90% для печени. Такие высокие показатели связаны с двумя факторами: во-первых, хорошим совпадением медицинских параметров донора и реципиента (процесс сопоставления проводится в лаборатории нашего центра при помощи очень передовой и высокоточной техники), и во-вторых – со строгим соблюдением принципов сохранения донорских органов в организме донора до начала операции по их изъятию.

Результатом слаженной работы нашего центра и медицинской организации, где появился донор органов, становятся спасенные жизни. В 2017 году более 600 человек.

Число трансплантаций растет с каждым годом – а уменьшается ли при этом лист ожидания?

Численность листа ожидания не снижается несмотря ни на что: просто хронические неинфекционные заболевания развиваются быстрее и активнее, чем появляются новые доноры. Например, самый востребованный орган в Москве – почка; его ждут постоянно свыше 1000 пациентов. С 2013 года число трансплантаций почки увеличилось более чем в 1,5 раза, однако лист ожидания не уменьшился. То есть, прогресс достигнут, но статистика не может его выразить в полной мере.

За последние пять лет сделан серьезный прогресс в области трансплантации сердца: за 2017 год в Москве сделали 139 операций по пересадке, для сравнения, в 2010 году их было не больше 30.

Уверенно растет число операций по трансплантации печени – за 2016-17 годы их число выросло на 30%. В 2016 году было проведено 109 операций, в 2017 – 130. Лидером в этой узкой области является институт им. Склифосовского.

Итак, в Москве очень высокий процент посмертного донорства, уверенно растет число операций по пересадке – но проблема дефицита органов все равно не может быть решена полностью?

Совершенно верно. Дефицит донорских органов – это данность, с которой пока не удалось справиться нигде в мире. Число пациентов с неинфекционными хроническими заболеваниями растет быстрее, чем удается дождаться органов на пересадку.

Как часто приходится «отбраковывать» донорские органы?

Каждый год нам приходится признавать 3-5% донорских органов непригодными для трансплантации.

Тридцать-сорок лет назад в мировой медицине наблюдалась тенденция: донорами становились молодые, здоровые люди, ставшие жертвами ДТП. Естественно, их органы были более жизнеспособны, чем у пятидесятилетних людей, успевших получить хронические заболевания. Сейчас, к счастью, благодаря достижениям современной медицины все больше людей, пострадавших в авариях и от травм, удается спасти. Среднестатистический донор сейчас – уже не такой молодой и не такой здоровый человек.

Вслед за всеми передовыми странами мира, Россия все чаще обращается к такому понятию, как «донор органов с расширенными критериями». Известно, например, что сахарный диабет второго типа или гипертоническая болезнь – заболевания, которые не передадутся реципиенту от донора через орган, но они способны повлиять на функцию органов в организме донора при жизни. Мы устанавливаем степень это влияния, длительность заболеваний и степень их компенсации. С учетом дефицита донорских органов и роста численности листа ожидания, мы слегка снижаем критерии качества донорского органа, но при этом обеспечиваем движение пациентов в листе ожидания, предоставляя им жизнь свободную от гемодиализа (в случае трансплантации почки) и сохраняя и продлевая жизнь в случае трансплантации сердца и печени.

Как в Москве обстоят дела с транспортировкой органов – кто имеет право перевозить органы, какое для этого используется оборудование?

Транспортировка органов для пересадки – это лицензируемый вид деятельности со своими строгими правилами. Просто так взять и отвезти контейнер с почкой на машине скорой помощи – невозможно. В настоящий момент лицензию на перевозку органов имеет только Боткинская больница. Мы используем гипотермический бесперфузионный вид консервации и транспортировки донорских органов, перевозим орган в термоконтейнере, где поддерживается температура 4 градуса С.

Конечно, в будущем нам хотелось бы перейти к более прогрессивному, перфузионному методу – он позволяет лучше сохранить орган. Оборудование для этого типа транспортировки пока не лицензировано в России – но, думаю, это всего лишь вопрос времени.

Иногда, чтобы лучше сохранить орган, мы используем портативную систему ЭКМО у доноров (впервые для этой цели мы начали ее использовали в 2010 году). Пока к этой мере мы прибегаем не очень часто, но мы интенсивно изучаем данное направление как одно из наиболее перспективных в донорстве и трансплантации органов во всем мире.

Какова продолжительность жизни каждого донорского органа?

В условиях гибели головного мозга жизнеспособность органов в организме донора поддерживается в реанимационном отделении — он остается на искусственной вентиляции легких и вазопрессорной и инфузионной поддержке до момента операции по изъятию органов. Все этапы процесса донорства органов производятся только там, где умер донор – самого его никогда никуда не перевозят.

Дольше всего находиться вне тела донора может находиться почка – до 24 часов. Сердце – до 4 часов, печень, поджелудочная железа и легкие – немного дольше, около 7-8 часов. Однако с легкими есть другой нюанс: это орган, который сообщается с внешней средой, а значит – очень подвержен инфекциям. У донора быстро развивается пневмония – так что орган сохранить крайне тяжело. Кстати, в России пересадка легких практикуется только в Москве. За 2016 год было сделано 20 пересадок.

Еще один очень деликатный орган – поджелудочная железа. Его пересаживают редко, так как крайне высокими остаются требования к донору и донорскому органу. К тому же, этот орган быстро подвергается отеку, его не всегда удается сохранить, даже если соблюдать все требования.

В любом случае, я прошу обратить внимание: если в СМИ вы видите новости о том, что какой-либо орган (сердце, печень) был отправлен из России, скажем, в Америку – знайте, что это малонаучная фантастика. Так долго орган не живет, как бы его ни перевозили.

Почему ваш Центр не занимается донорством и имплантацией тканей – костей, кожи и т.д.?

Донорство тканей получило распространение в патологоанатомических и танатологических отделениях медицинских организаций: ткани легче сохранить, они способны дольше пережить ишемию. Например, правильно сохраненные кости могут подолгу ждать своего часа – и я знаю, что они широко используются в травматологии и ортопедии. А вот органы, которые непосредственно включаются в кровоток – это более тонкая материя, здесь выше требования к специалистам на всех этапах.

Как обучают трансплантологии врачей в московских вузах?

Сейчас основная тенденция – это многопрофильные медицинские организации, в которых требуются многопрофильные хирурги. Ситуации, когда целая больница занимается только вопросами пересадки органов – редкость. Поэтому, отдельной специальности «трансплантология» не существуют, а соответственно и не обучают врачей. Однако базовые знания о данной сфере, на мой взгляд, должен получать каждый медик. Сейчас в двух московских медицинских вузах есть кафедры трансплантологии: это первый МГМУ им. И.М. Сеченова и МГМСУ им. А.И. Евдокимова. Курс трансплантологии читается на старших курсах, в ходе прохождения ординатуры каждый хирург также получает общие знания по трансплантации.

С точки зрения хирургии, забор и пересадка органов – хорошо известная и подробно описанная практика, достижимая для каждого хирурга. А вот юридические нюансы и реанимационные практики сохранения органов – это область, которой, возможно, придется впоследствии обучаться отдельно.

… На самом деле, я очень хочу выразить глубокую и искреннюю признательность Департаменту здравоохранения города Москвы за поддержку и саму возможность развития такой сложной области медицины, всем своим коллегам – и не только сотрудникам центра, а всем, кто включен в нашу сферу деятельности. Врачи медицинских организаций, участвующие в донорской программе – очень профессиональные люди, которые день ото дня выполняют свой долг. Те, кто сохраняет донорские органы для тяжело больных людей, не принимают участия непосредственно в процессе пересадки – но они делают огромное важное дело, продлевают жизнь тем, кому еще можно помочь. Большое им спасибо за четкую, профессиональную и слаженную работу.

Скорбящая мать принимает участие в российской системе донорства органов

Когда два года назад ее 19-летняя дочь скончалась из-за того, что ее сбила машина на московском пешеходном переходе, Елена Саблина была опустошена.

Через месяц после похорон Алины, своего единственного ребенка, Саблина получила еще один сокрушительный удар.

Просматривая документы, связанные с уголовным делом в отношении водителя, убившего Алину, она обнаружила, что ее дочь была похоронена без семи органов, включая сердце, почки и часть легких.

«Это был шок, потому что ей удалили органы без нашего согласия», — говорит она. «Моего ребенка выпотрошили, как свинью».

С тех пор Саблина добивалась справедливости в отношении того, что она считает грубым посягательством на достоинство дочери и ее собственные права как матери.

Ее судебная тяжба закончилась на прошлой неделе, когда Конституционный суд России отказался пересмотреть предыдущее решение суда, оправдывающее врачей, которые извлекали органы Алины, заявив, что российские медицинские учреждения имеют законное право извлекать органы у умерших без уведомления родственников.

Дело Саблины подняло сложные этические вопросы и раскрыло неприятную правду о том, что многие эксперты в области здравоохранения называют ошибочными российскими правилами, регулирующими практику закупок органов.

«Закон устанавливает полное отсутствие контроля над извлечением органов», — заявляет Саблина. «Людей хоронят, и никому даже не говорят, что у них изъяли органы».

Решение, вынесенное на прошлой неделе, вызвало возмущение среди религиозных лидеров в России.

«Мы понимаем, что органы необходимы для трансплантации, но взятие их против воли родственников и близких немыслимо», — говорит главный раввин Берл Лазар.

Дмитрий Першин, старший священнослужитель Русской православной церкви, предлагает России ввести систему добровольных пожертвований, подобную тем, которые действуют в США и других западных странах.

«Система отказа»

В России действует так называемая система отказа, согласно которой все совершеннолетние граждане, как предполагается, дали согласие на донорство своих органов после смерти, если они не подписали нотариально заверенный документ, в котором указано иное.

Однако мало кто из россиян знает об этом.

Система отказа от рассылки существует уже несколько десятилетий в Израиле, Сингапуре и ряде европейских стран, включая Испанию, лидера Европы в области трансплантации органов.

Сторонники донорства органов давно утверждали, что противоположная система выбора, в которой доноры должны регистрировать свое согласие в течение своей жизни, ограничила количество доступных органов и привела к смерти бесчисленных пациентов, ожидающих трансплантации.

Но в России профессионалы здравоохранения говорят, что фактическое отсутствие национального механизма трансплантации лишает преимущества системы отказа.

В России по-прежнему проводится очень мало операций по пересадке органов по сравнению с западными странами: в 2015 году было проведено менее 2000 операций.

Эксперты также предупреждают, что нечеткость закона страны о донорстве органов, усугубленная недостаточной осведомленностью общественности, открыла дверь для нарушений, споров и общественного возмущения.

«Предполагаемое согласие не должно быть в странах, где люди не доверяют трансплантологии и системе здравоохранения», — настаивает Василий Власов, президент Российского общества доказательной медицины и профессор Высшая школа экономики.

Власов и другие медицинские работники давно призывают российские власти перейти на добровольное пожертвование.

Власов говорит, что в результате того, что он называет «некачественной практикой в ​​трансплантологии», органы часто удаляют, но не консервируют, незаконно передают, а в некоторых случаях даже продают коррумпированный персонал больниц.

«Вся эта неопределенность вызывает у россиян глубокое недоверие к системе трансплантации», — говорит он.

По словам адвоката Саблиной, только три из семи органов, которые, по признанию врачей, извлекали у Алины, действительно фигурировали в официальной описи больницы.

Несмотря на эти тревожные разоблачения, Власов говорит, что Саблина проигрывает в российских судах.

«В этом случае была соблюдена буква закона», — говорит он. «Но я очень хочу верить, что, наконец, состоится более широкое общественное обсуждение, и я надеюсь, что этот случай поможет стимулировать такое обсуждение».

Подготовлено к извлечению органов

Действующее в России законодательство о донорстве органов, принятое еще в 1992 году, позволяет врачам скрывать извлечение органов у семей, чтобы избежать их потенциального противодействия этой процедуре.

И хотя секретность может помочь спасти жизни, скорбящие родственники, случайно узнавшие о посмертной операции, часто чувствуют себя убитыми горем и обманутыми.

«Скрывая запланированное удаление органа, врачи создают искусственное мнимое согласие», — говорит адвокат Саблиной Антон Бурков, содиректор екатеринбургской юридической организации «Сутяжник».

В случае с Алиной Саблиной, по словам Буркова, врачи готовили молодую женщину к извлечению органов в течение шести дней, пока ее родители сидели возле реанимации и страстно надеялись на ее выздоровление.

«В суде нам удалось установить, что заведующий реанимационным отделением позвонил трансплантологам на следующий день после госпитализации Алины и сообщил им, что у него есть потенциальный донор», — говорит он.

Елена Саблина, прилетевшая из своего родного города Екатеринбурга, чтобы быть ближе к дочери, говорит, что ее и отца Алины намеренно держали в неведении.

Елена Саблина

«Эти шесть дней мы провели в больнице, дважды в день ходили в реанимацию, буквально жили в больнице», — говорит она.«Нас никогда не спрашивали, согласны ли мы на удаление ее органов».

В последний день жизни Алины родителям не разрешили попасть в реанимацию.

Саблина говорит, что врачи даже не удосужились сообщить им, что их дочь скончалась. Она узнала о смерти Алины, когда на следующий день ей позвонили из похоронного бюро, чтобы предложить свои услуги.

«Это бесчеловечно», — говорит она.

Саблина теперь возлагает свои надежды на Европейский суд по правам человека во французском городе Страсбурге.

Она тоже надеется, что история ее дочери поможет вызвать давно назревшую общественную дискуссию о донорстве органов в России.

«Люди не хотят знать об этом законе до того момента, пока он не коснется их лично», — говорит она. «Я пытаюсь привлечь внимание к этой проблеме, чтобы люди знали, что в нашей стране существуют такие бесчеловечные законы. Необходимо внести изменения, чтобы сделать эти законы более сострадательными».

Просить разрешения перед извлечением органов — это «бесчеловечно»

По крайней мере, два иска поданы в Европейский суд высшей инстанции Россия нарушила Европейскую конвенцию о правах человека, изъяв органы у недавно умерших, не сказав об этом родственникам.

Ответ России: Просить разрешения у родственников было бы «негуманно».

В документах, предоставленных Associated Press, подробно описывается, как Россия борется с обвинениями в извлечении органов по двум делам, поданным в Европейский суд по правам человека в Страсбурге, Франция, в прошлом году. В ближайшие месяцы ожидаются отдельные решения.

«Бесчеловечно» просить членов семьи об извлечении органов «почти одновременно с уведомлением о смерти их любимого человека», — заявила Россия в июльской записке в суд.И еще недостаточно времени, чтобы получить согласие до извлечения органов, добавили юристы правительства.

В рамках российской системы «предполагаемого согласия» врачи регулярно — и законно — извлекают органы у людей, которые умерли без их согласия или согласия их близких. В своих юридических сводках Россия утверждает, что, если бы врачи должны были получить разрешение перед извлечением органов, люди отказались бы, и система трансплантации рухнула бы.

Но эта неспособность сообщить скорбящим семьям, некоторые из которых позже обнаруживают, что органы их родственников были тайно изъяты, привела как минимум к двум судебным искам, которые оспаривают российский закон и его толкование нарушает основные права человека, гарантированные в Европе.

Эксперты в области права говорят, что российский подход к извлечению органов может быть опасным, поскольку подрывает доверие. Но некоторые специалисты по этике считают, что подход России следует одобрять — и даже копировать — чтобы помочь живым.

Многие страны предполагают системы согласия, в том числе Австрия, Испания и Швеция, а другие страны Европы, включая Англию и Нидерланды, движутся к аналогичному подходу. Но многие врачи говорят, что никто не настолько агрессивен, как Россия. Например, во многих странах есть положения, согласно которым врачи не могут извлекать органы, если у них нет ближайших родственников или если у ближайших родственников есть серьезные опасения.

Врачи-трансплантологи говорят, что даже если они могут легально извлекать органы у мертвых людей без разрешения, это считается неэтичным и не является обычной практикой.

«Мы уважаем ситуацию и тот факт, что люди страдают», — сказал д-р Стефан Шнебергер, заместитель директора отделения трансплантационной хирургии Университета Инсбрука в Австрии. «Я не считаю разумным просто принудительное донорство органов».

Когда в сентябре 2010 года сын Галины Валющенко, Игорь Веревкин, 49 лет, получил травмы головы, легких, ребер и других органов во время драки в баре в Омске на юго-западе Сибири, она попросила врачей не отключать его от аппаратов жизнеобеспечения и не удалять его органы. Он умер через два дня после госпитализации.

Только когда Валющенко через два месяца прочитала протокол вскрытия, она поняла, что главный врач больницы взял почки ее сына.

«Они никогда не просили разрешения на извлечение органов у моего сына, но я не записывал (это), потому что не знал, что они могут это сделать», — сказал Валющенко AP.

Россия заявила, что врачи не обязаны сообщать Валющенко о своих планах по закону.

В документе, отправленном в Европейский суд, Россия сказала, что семьям должно быть лучше, а не хуже, если они узнают, что у их родственников изъяли органы.

«Российское правительство хотело бы сослаться на довольно распространенное явление, когда семья умершего человека чувствует эмоциональное утешение из-за того, что органы умершего человека были извлечены для трансплантации и использовались для спасения жизней других людей», — говорится в документе.

Эта аргументация мало утешила Валющенко, которая в 2013 году подала в Омский областной суд дело против врачей за ненадлежащее извлечение органов ее сына.

«Мне сказали на суде, почему ты так расстроен? Вы должны радоваться, что почки достались двум парням », — сказал Валющенко.Областной суд отклонил ее дело. В своем иске в Европейский суд Валющенко потребовала компенсацию в размере 10 000 евро (12 024 доллара США).

Страсбургский суд, рассматривающий дела о органах, является международным судебным органом, созданным в 1959 году Советом Европы, в который входит Россия.

Если будет установлено, что Россия нарушила Европейскую конвенцию о правах человека, суд может потребовать от России пересмотреть свой закон о донорстве органов.

В деле 2015 года с участием латвийской женщины, которая подала в суд на правительство после изъятия тканей тела у ее умершего мужа без согласия, суд вынес решение в ее пользу, а Латвия внесла поправки в свои законы.

Адвокат Валющенко Антон Бурков утверждает, что российские врачи нарушили ее права, подвергнув ее «бесчеловечному или унижающему достоинство» обращению.

«Большинство людей никогда не узнают об изъятии органов у их родственников, поэтому у них нет причин протестовать», — сказал Бурков, сотрудник правозащитной организации «Сутяжник» в Екатеринбурге.

Бурков также представляет интересы Елены Саблиной в Европейском суде. Дочь Саблины Алина погибла в автокатастрофе в Москве в 2014 году, и, как и Валющенко, Саблина поняла, что органы ее дочери были извлечены без ее согласия или ведома, только при просмотре уголовного дела несколько недель спустя.

«С этической точки зрения Россия явно необычна», — сказал Дэвид Шоу из Института биоэтики Базельского университета в Швейцарии. «Я могу понять логику потребности в органах для трансплантации, но у вас нет опоры на ногу, если вы не дадите семье или донору возможность возразить», — сказал он.

Но некоторые специалисты по этике сказали, что подход России — полезный и подходящий способ решить проблему постоянной нехватки органов.

«Русские правы, ставя интересы живых людей выше интересов мертвых по той простой причине, что у мертвых нет интересов», — сказал Джон Харрис, почетный профессор биоэтики Манчестерского университета.Он сказал, что, хотя для российских врачей было бы благоразумно сообщить семьям, что они планируют изъять органы у родственников, отказ сделать это «скорее вопрос нравов, чем морали».

Несмотря на то, что врачам было предписано не удалять органы ее сына, даже Валющенко признает, что она могла бы передумать, если бы врачи нашли время обсудить с ней сложность вопроса.

«Я разговаривала с заместителем главного врача», — сказала она. «Я спросил ее, почему ты это сделал? Может, я бы на это согласился.Но ты один решил это и мне не сказал », — сказала она. — В конце концов, я его мать.

___

Ченг сообщил из Лондона. Журналисты Associated Press Наира Давлашян и Варя Кудрявцева из Москвы внесли свой вклад в подготовку этого репортажа.

Трансплантация почки в Российской Федерации в 2016 г. (количество …

Цель. Оценить распространенность артериальной гипертензии (АГ) у реципиентов трансплантата сердца и ее влияние на риск развития нежелательных явлений, как эффективность, так и безопасность антигипертензивных препаратов (AHM).Материал и методы. Таким образом, в исследование были включены все реципиенты трансплантата сердца, прооперированные в Центре Шумакова в период с 2013 по 2016 год и выжили 90 дней после ортотопической трансплантации сердца. Полученные результаты. Всего было включено 353 реципиента, с поступлением АГ или АГМ в анамнезе — 62 (17,6%). В течение 90 дней после операции АГ, потребовавшая медикаментозного лечения, была обнаружена у 151 (42,8%) пациента. У пациентов с посттрансплантационной АГ в дооперационном периоде были следующие специфические параметры: более высокий индекс массы тела — 25,7 ± 4,1 против 24,9 ± 4,4 (р = 0,026), концентрация креатинина в крови — 100,6 ± 62, 6 против 68,8 ± 4,8 (р <0,001), толщина задней стенки донорского сердца - 11,9 ± 0,8 против 11,3 ± 0,7 (р = 0,034), концентрация креатинина через 3 мес после операции - 131,7 ± 101,6 против 94,1 ± 46,5 (p <0,001).Выявлена ​​связь риска развития АГ с анамнезом АГ и почечной недостаточностью, необходимостью проведения заместительной почечной терапии в течение 30 дней после операции и эпизодами острой антителопосредованной реакции на трансплантат. У реципиентов, принимавших ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента или блокаторы рецепторов ангиотензина II (ACEi / ARB) перед операцией, выживаемость без побочных эффектов была лучше, чем у тех, кто принимал блокаторы кальциевых каналов (CCB) (p log-rank = 0,042). Вывод. Результаты исследования указывают на высокую распространенность АГ у реципиентов сердца.Наличие АГ в анамнезе, почечная недостаточность, эпизоды гуморальной, но не клеточной реакции на трансплантат, гипертрофия донорского сердца значительно повышают вероятность развития АГ после трансплантации. Сравнение показало существенное преимущество ИАПФ / БРА по сравнению с БКК в качестве антигипертензивных препаратов в монотерапии или в комбинации с диуретиками.

Приволжский окружной медицинский центр ФМБА

Резюме:

Цель: установить глазодвигательные особенности у пациентов с манифестной болезнью Хантингтона (БХ) и носителей преманифестных генов по сравнению с контрольной группой.Материал и методы. В исследовании участвовали 23 пациента с манифестным HD, 21 носитель генов до манифестации и 31 здоровый доброволец. Бинокулярное зрение оценивали по четырехбалльному тесту. Оценивались прямая и непрямая световая реакция зрачка, реакция конвергенции и аккомодации, положение головы, подвижность и отклонение глаз. Оценивались медленные движения глаз, саккады и конвергенция. Критерием недостаточности клинической конвергенции определяли ближайшую точку конвергенции более 5 см. Пациенты из целевых групп прошли ДНК-тестирование с оценкой длины CAG-повторов (цитозин-аденин-гуанин) в гене хантингтина, обследование по моторной шкале UHDRS (Unified Huntington’s Disease Rating Scale) и имели длительность заболевания. определенный.Полученные результаты. Исследование показало, что медленные движения глаз, начало, скорость и объем саккад нарушены более чем у половины группы манифестных БГ. Выявлена ​​высокая частота (33%) нарушений вертикальных медленных движений глаз в группе преманифестных БГ. Недостаточность конвергенции выявлялась у пациентов с манифестной болезнью и носителей БГ достоверно чаще, чем в контрольной группе (p <0,001). Конвергентные движения глаз были прерваны неконтролируемыми саккадами у 35% пациентов с явным течением. Была обнаружена положительная корреляция между расстоянием до ближайшей точки конвергенции и моторной оценкой UHDRS, а также с количеством повторов CAG. Вывод. Исследование добавило новые взгляды на хорошо известную картину глазодвигательных нарушений у пациентов с манифестной HD, особенно с учетом характеристики конвергенции. Выявлены основные симптомы глазодвигательных аномалий у преманифестных носителей HD. Для обозначения обсуждаемого комплекса симптомов был предложен описательный термин «гиперкинетическое глазодвигательное расстройство».

[Полный текст] Стратегии изменения негативного отношения общества к донорству органов

Се Шуминь, 1 Стефани Му-Лянь Ву, 2 Чжан Лей 3

1 Отделение отоларингологии хирургии головы и шеи, Вторая больница Xiangya Центрального Южного Университета, Чанша, Китайская Народная Республика; 2 Гарвардский университет, Кембридж, Массачусетс, США; 3 Отделение торакальной хирургии, Онкологический институт и больница Тяньцзиньского медицинского университета, Тяньцзинь, Китайская Народная Республика

Резюме: В последние десятилетия спрос на трансплантацию органов во всем мире стремительно вырос из-за увеличения заболеваемости жизненно важными органами. отказ.Однако нехватка органов, подходящих для трансплантации, привела к кризису нехватки органов. В этой статье ретроспективно рассматриваются стратегии по изменению негативного отношения общественности к донорству органов в Китайской Народной Республике. Мы твердо убеждены в том, что усилия по распространению знаний о донорстве органов, поощрению семейных дискуссий, обучению медицинского персонала и студентов, созданию систем стимулирования и осуществлению нормативного надзора могут бороться с неблагоприятным общественным мнением Китая в отношении донорства и трансплантации органов, тем самым потенциально повышая уровень донорства органов в Китайская Народная Республика.

Введение

Трансплантация органов — самый эффективный метод лечения пациентов, страдающих органной недостаточностью. Однако нехватка органов, подходящих для трансплантации, привела к кризису нехватки органов. 1 В Китайской Народной Республике примерно 1,0–1,5 миллиона человек остаются в очереди на трансплантацию; из них менее 1% получали органы ежегодно. 2 Ежегодно сердечно-сосудистые заболевания и дорожно-транспортные происшествия становятся причиной 2.5 миллионов и 100 000 случаев смерти мозга в Китайской Народной Республике соответственно. 3 Поскольку китайское население составляет четверть всего населения мира, очевидно, что китайский рынок предлагает большое количество потенциальных доноров органов. Следовательно, необходимо создать оптимальные рамки, применимые к Китайской Народной Республике для поощрения донорства органов. Общее отношение к донорству органов сильно влияет на поведение людей, 4 , а положительное отношение приводит к большей готовности жертвовать органы или подписывать карты донорства органов. 5,6 Западные страны провели несколько исследований, показывающих, что отношение к донорству и трансплантации органов зависит от многих факторов, включая образование, социально-экономический статус, культуру и религию. 4,7 Однако аналогичные данные и исследования факторов, влияющих на негативное отношение к донорству органов в Китайской Народной Республике, редки. Чтобы побудить китайскую общественность поддержать донорство органов, следует принять ряд мер, чтобы изменить широко распространенное негативное отношение к донорству органов.

Основные препятствия, мешающие донорству органов

В настоящее время неадекватные знания широкой общественности о донорстве и трансплантации органов могут быть основным препятствием, мешающим донорству. Например, в Китайской Народной Республике многие люди не понимают понятия «смерть мозга», которое, следовательно, остается относительно незнакомым в качестве определяющего фактора при объявлении смерти. 8 Между тем, еще одним фактором, ограничивающим количество донорских органов, является низкий процент согласных семей.Исследование семей подходящих доноров пациентов показало, что только 47,3% семей дали согласие на донорство. 9 Эти показатели можно частично объяснить тем большим влиянием, которое традиционные культуры оказывают на донорство органов. Сохранение целостности тела после смерти — частая причина нежелания жертвовать органы. 10 Согласно большинству западных философий, мертвое тело — это просто материя, потерявшая душу; поэтому из него можно извлекать органы. Напротив, в большинстве восточных культур разум и тело рассматриваются как один объект, полагая, что тело так же священно, как и разум.Подобные убеждения представляют собой серьезные препятствия для получения органов после смерти мозга.

Кроме того, низкому уровню пожертвований способствует сомнительное законодательство, действующее в настоящее время в Китайской Народной Республике. Например, нынешняя система согласия в Китайской Народной Республике, согласно которой органы могут быть приобретены только у пациентов, признанных мертвыми, если они дали письменное согласие, означает, что, поскольку большинство пациентов не дают письменного согласия до смерти мозга , многие органы не могут быть легально использованы для трансплантации.Кроме того, широко распространенное недоверие к медицинской системе, низкий уровень образования и плохое экономическое положение также служат препятствием для донорства органов.

Стратегии изменения негативного отношения к донорству органов

Повышение эффективности рекламных и образовательных кампаний

Отсутствие знаний о донорстве органов может сильно повлиять на отношение к нему общества. Многие граждане Китая плохо разбираются в донорстве органов, что вызывает неблагоприятное общественное мнение. 3 Большинство людей в Китайской Народной Республике узнают о донорстве органов пассивно через каналы социальных сетей, такие как телевидение, газеты и журналы. Тем не менее, нынешние средства социальной рекламы и просвещения оказались неэффективными для изменения негативного общественного мнения. 3 Следовательно, повышение уровня информированности и просвещения имеет важное значение для формирования позитивного отношения к донорству органов.

Йылмаз собрал данные о восприятии донорства органов в военной части в Турции. 4 Участникам был предложен опрос о донорстве органов, после чего последовала лекция, в которой были даны ответы на вопросы опроса; Через 2 месяца после лекции им снова провели опрос. Исследование показало, что 84,8% участников были готовы пожертвовать свои органы после посещения лекции о донорстве органов, в отличие от 45,4% участников до урока ( P <0,001). Автор также обнаружил, что общие знания о донорстве органов увеличились с 34,8% до 93,7% после того, как участники посетили лекцию ( P <0.001). Йылмаз пришел к выводу, что достаточное образование может исправить ложные представления, изменить негативное отношение и в конечном итоге привести к более высокому уровню донорства органов.

В другом исследовании Карденас и др. Указали, что, по их мнению, школьное образование является эффективным подходом к повышению показателей донорства органов. 5 Они обнаружили, что учащиеся после учебной сессии продемонстрировали более обширные знания о донорстве органов, при этом 31% изменили ранее сохраненное отрицательное отношение по сравнению с 7% изменением в контрольной группе.

Китайские исследователи провели аналогичные исследования роли образования как стратегии изменения отношения к донорству органов. Ван и др. Сообщили, что 62,9% участников исследования поддержали расширение знаний общественности о донорстве органов через основные средства массовой информации. 6 Более того, из 600 китайцев, опрошенных Ли, 27,79% отрицательно относятся к донорству органов. 7 По словам Ли, общественное просвещение и кампании по продвижению донорства органов могут улучшить понимание и поддержку трансплантации живых органов.

Опрос, проведенный нашей исследовательской группой в трех китайских университетах, показал, что 37,6% респондентов никогда не подвергались какой-либо рекламе о донорстве живых органов, а 89,2% имели недостаточный доступ к источникам образования для донорства живых органов (реже одного раза в месяц). ). 3 Эти данные свидетельствуют о том, что существующее социальное просвещение и реклама донорства живых органов неадекватны, что подчеркивает важность усиления рекламы и просветительских усилий.Следовательно, информационные и образовательные кампании являются реальными способами изменить негативное отношение общества к донорству органов и расширить пул доноров органов. Общественные знания о донорстве органов, нравственном сознании и социальной ответственности будут значительно улучшены за счет более широкой рекламы и просвещения. Таким образом, план по повышению уровня информированности и образования может сыграть важную роль в оказании помощи Китайской Народной Республике в преодолении нынешних препятствий, связанных с нехваткой органов.

Поощрение семейных дискуссий

Для получения органов необходимо разрешение семьи, и возражения семьи играют важную роль в низких показателях донорства в Китайской Народной Республике.В настоящее время донорство органов в основном запрашивается у членов семьи после смерти донора. Поскольку члены семьи часто не знают о предпочтениях умершего, они, скорее всего, отклонят запрос о пожертвовании. Семейное обсуждение играет ключевую роль в определении результатов принятия решения о согласии семьи. Поощряя семейные дискуссии, можно снизить стигматизацию донорства органов, и люди, которые обсуждали вопрос о донорстве органов с членами семьи, могут быть более склонны пожертвовать органы сами. 11 Одно исследование показало, что прогнозируемая частота окончательного согласия достигает 93%, когда предпочтения умершего пациента известны, по сравнению с 47%, когда предпочтения неизвестны. 12 Гросс и др. Сообщили, что 57% молодых людей считают, что их семьи недостаточно информированы об их готовности сдавать органы, а значительно более позитивное отношение к донорству органов было обнаружено среди людей, родственники которых были полностью информированы об их предпочтениях ( P <0,0001). 13 Кроме того, авторы предположили, что больше людей поддержат донорство органов, если они будут чувствовать себя комфортно, обсуждая этот вопрос с членами семьи. Мюррей и др. Оценили общий уровень семейного общения по пятибалльной шкале, от «очень ограниченного» до «очень открытого», обнаружив, что каждый дополнительный балл на уровне семейного обсуждения увеличивает шансы журнала готовности потенциального донора на 1.07 ( P <0,001), а семейная на 0,96 ( P <0,001). Эти результаты указывают на важность информированного обсуждения в семьях для содействия донорству органов. 11

Донорство органов редко обсуждается среди семей в Китайской Народной Республике. В исследовании Ву 88% из 298 молодых людей Китая признали, что они не хотели обсуждать с членами семьи предпочтения в отношении донорства органов. 14 Эти участники выразили мнение, что снижение общественного беспокойства по поводу смерти может способствовать семейным обсуждениям и, следовательно, повысить уровень донорства органов.Между тем Ли и др. Утверждали, что в целом более благоприятное отношение к донорству органов может быть достигнуто, если потенциальные доноры выразят готовность пожертвовать органы во время семейных дискуссий. 15 Что касается зарубежных китайцев, Мольцан и др. Провели опрос среди китайских канадцев, обнаружив, что семьи играют ключевую роль в китайском сообществе. 16 Подавляющее большинство респондентов, выступавших против донорства органов, считали, что вопросы донорства органов не должны обсуждаться в семье.Исследование также показало, что желающие пожертвовать деньги часто чувствовали себя изолированными от остальной семьи.

Эти данные показывают, что поощрение семейных дискуссий о донорстве органов может сделать членов семьи более информированными о желаниях потенциального донора и значительно повысить уровень согласия ближайших родственников. Таким образом, поощрение семейных дискуссий следует считать оптимальной основной стратегией поощрения донорства органов.

Обучение медперсонала и студентов

Медицинский персонал может выступать в качестве санитарного просвещения в пропаганде донорства органов среди потенциальных доноров и семей.Обычно они первыми устанавливают контакт с потенциальными донорами и могут предложить возможность донорства органов. Для выполнения этой важной задачи медицинский персонал должен быть специально обучен необходимым навыкам.

Kosieradzki et al описали новую инициативу по продвижению донорства трупных органов в Польше. 17 План включал обучение и подготовку медицинских работников по закону о донорстве органов, институциональной структуре, распознаванию смерти мозга, уходу за донорами и различным аспектам профессиональных знаний и навыков.Через год после начала инициативы уровень донорства органов в местной больнице увеличился на 40–70%.

В опросе, проведенном Sun et al. Среди 24 китайских медицинских работников различного уровня, только 18,01% людей правильно ответили на вопросы, касающиеся донорства органов, включая законодательство о донорстве органов, подтверждение смерти мозга и различные профессиональные знания и навыки. Кроме того, только 35,25% считали смерть мозга подходящим временем для извлечения трупных органов. 18

Будучи будущим медицинским персоналом, студенты-медики также должны получить образование в области донорства и трансплантации органов. В опросе, проведенном Эссманом и Торнтоном среди студентов медицинских вузов, участники правильно ответили менее чем на половину вопросов, и более 57% участников не смогли ответить на вопросы о донорстве органов, заданные пациентами. 19 Lopez-Montesinos et al. Сообщили, что учебный курс по донорству органов повысил положительное отношение студентов-медиков с 87% до 94%. 20

Согласно исследованию, проведенному среди студентов университетов Китайской Народной Республики Sun et al., Студенты-медики имели более всесторонние знания о донорстве и трансплантации органов, чем студенты немедицинских специальностей; 21 , тем не менее, только 28,81% студентов правильно ответили на вопросы, касающиеся донорства органов. Авторы утверждали, что студентов-медиков следует обучать общей информации о донорстве и трансплантации органов с помощью специальной образовательной программы, включенной в их обычную учебную программу. 21

Таким образом, обучение медицинского персонала и студентов, вероятно, расширит их недостаточные профессиональные знания о донорстве органов, улучшит их понимание нехватки органов и улучшит их навыки общения с потенциальными донорами. Эти интеллектуальные изменения позволят медицинскому персоналу и студентам эффективно обучать пациентов принципам донорства органов, что приведет к изменению негативного отношения общественности и увеличению показателей донорства органов. Следовательно, крайне важно предоставить медицинскому персоналу и студентам образование для повышения их профессиональных знаний и навыков в целях содействия донорству органов.

Поощрение за донорство органов

К сожалению, донорство органов в значительной степени зависит от альтруизма, который может сыграть роль в нынешнем неадекватном обеспечении органов для трансплантации, в результате чего ежегодно умирают тысячи пациентов в списках ожидания органов. Поскольку существующая альтруистическая система донорства органов в значительной степени потерпела неудачу, одного альтруизма может быть недостаточно для удовлетворения потребностей тысяч пациентов в списках ожидания трансплантации органов, и для увеличения числа донорских органов могут потребоваться финансовые стимулы или социальные льготы. количество пожертвований трупных и живых органов. 22 Создание системы стимулов для донорства органов, усиление гласности, предоставление умеренной экономической компенсации и оптимизация социальных льгот для доноров органов и их семей могут помочь преодолеть нынешнюю нехватку органов в Китайской Народной Республике. 23 В США семьям доноров органов, потерявших близких, могут быть частично возмещены больничные и медицинские расходы. Донорам органов и их семьям также могут быть предложены неденежные льготы, такие как субсидии на топливо и образование, а также снижение местных налогов.В Иране 23 доноров органов могут получить определенную финансовую компенсацию от благотворительных организаций. На самом деле не все люди могут постоянно вести себя бескорыстно и альтруистично, поэтому разумная финансовая компенсация — это корыстный поступок, который может быть выгоден для всех.

Дангуилан и др. Изучили взгляды филиппинцев на систему стимулирования донорства органов и обнаружили, что 96%, 98% и 96% респондентов были благодарны трупным донорам органов, живым не родственным донорам органов и живым родственным органам. доноры соответственно.В то же время 66,6% респондентов поддержали предоставление средств к существованию донорам органов, 31% — наличными и 26% — субсидиями на образование. 24

Китайская Народная Республика предприняла усилия по созданию системы стимулов для донорства органов, включая предоставление донорам органов как материальной, так и психологической помощи. Чтобы стимулировать донорство органов, пять провинций и городов Китая (Чжэцзян, Тяньцзинь, Цзянси, Цзинань и Ляонин) начали политику финансовой компенсации, что привело к увеличению числа доноров органов.Например, Чжэцзянский филиал Общества Красного Креста Китая учредил Фонд компенсации за пожертвования человеческих органов в марте 2012 года, и количество доноров увеличилось с 20 в период с марта 2010 года по март 2012 года до 23 в апреле 2012 года по июль 2012 года.

Что касается общественного мнения о компенсации, Ван и др. Сообщили, что 85,7% граждан Китая поддержали предоставление разумной финансовой компенсации родственникам умерших доноров. 6 Из них 45,7% считают, что компенсация должна выплачиваться напрямую родственникам, а 46.2% считают, что компенсацию следует использовать для компенсации больничных расходов и расходов на похороны донора. 6 Чжун предложил, чтобы в Китайской Народной Республике, помимо единовременной компенсации, необходимо было рассмотреть возможность снижения стоимости необязательного образования для детей-доноров. 23

Правительство Китая должно проводить реформы в отношении погребения, пропагандируя кремацию вместо захоронения и оплачивая похороны жертвователям. Тем не менее, чтобы развеять подозрения общественности в финансовой компенсации за донорство органов, денежные вознаграждения должны контролироваться на разумном уровне, чтобы препятствовать незаконным операциям с человеческими органами. 27 Денежные вознаграждения могут быть унаследованы потомками доноров в качестве наследства, как указано донорами. Эта политика отражает идею «посмертной ценности», которая направлена ​​на формирование позитивного отношения общества к донорству органов. 23

Между тем, посвящение доноров органов должно широко освещаться. Например, в Шэньчжэне, Китайская Народная Республика, доноры роговицы были похоронены на общественном кладбище под названием «Солнечный остров». Это вызывает уважение общественности к этим донорам.Почетные грамоты для жертвователей также считаются духовным стимулом. Также следует учитывать приоритетность родственников предыдущих доноров органов в списках реципиентов органов для трансплантации.

Указанные стимулы не нарушают альтруистический характер донорства органов; вместо этого эти меры обеспечивают преимущества для доноров, заставляют доноров чувствовать себя уважаемыми и ценными и вызывают у общественности энтузиазм по поводу донорства органов, тем самым способствуя положительному отношению к донорству.

Применение соответствующего законодательства

Сегодня донорство органов — это непривлекательный и недоступный процесс в Китайской Народной Республике из-за недостатка законодательства, регулирующего эту систему.Для улучшения донорства органов необходимо принять соответствующие законодательные меры для защиты прав доноров, справедливого распределения органов и стандартизации процесса донорства. Реформирование законодательства, регулирующего донорство органов, может побудить людей занять благоприятное отношение к донорству органов.

Соответствующее законодательство, касающееся донорства органов, было принято во многих странах. 28 В 1968 году Закон о едином анатомическом подарке предусматривал, что любой взрослый старше 18 лет в США может пожертвовать свое тело полностью или частично.Более того, родственники могут пожертвовать органы от умершего члена семьи при отсутствии документально подтвержденного возражения со стороны умершего перед смертью. В 2008 году в Израиле были приняты Закон о трансплантации органов и Закон о смерти мозга от респираторной системы с исключительно положительными результатами: количество доноров трупных органов увеличилось с 7,8 на миллион человек в 1998–2010 годах до 11,4 на миллион в 2011 году. 24 «Назначенное согласие »Была внедрена в Западной Европе, оговаривая, что органы могут быть получены от умерших пациентов, если умерший заранее дал согласие быть донором органов.Точно так же в Японии, России и Финляндии получение органов у мертвых пациентов является законным, если только умерший не выразил свое возражение в письменной форме перед смертью, как указано в «предполагаемом согласии».

В Китайской Народной Республике также были предприняты усилия по принятию законодательства о донорстве органов. В 2000 году Постановление о донорстве трупных органов в Шанхае ввело правовые подходы к донорству и правам доноров, а также детализировало ресурсы для медицинского персонала, занимающегося закупкой и трансплантацией органов.Кроме того, в Положении о донорстве и трансплантации органов в Шэньчжэне, которое было разработано в 2003 году, установлены критерии донорства живых и трупных органов. В 2006 году, чтобы продемонстрировать поддержку правительством Китая донорства живых органов, министерство здравоохранения ввело в действие Временные положения о клиническом применении трансплантации человеческих органов, в тридцатой статье которых изложены четкие руководящие принципы донорства живых органов. В 2009 году Общество Красного Креста Китая и министерство здравоохранения совместно учредили Комитет по донорству органов Китая и предложили, чтобы потенциальные доноры органов проверялись отделением донорства органов в соответствующих провинциях, где проживают доноры, перед тем, как их зарегистрировать и разрешить сдавать.

Посредством надзора за донорством органов с помощью законных средств и создания специальных отделов для надзора за закупкой и сохранением органов, более вероятно, что будет достигнута научная, справедливая и прозрачная процедура донорства и трансплантации органов в целях содействия положительному отношению к органам. пожертвование.

Заключение

В настоящее время существует острая необходимость в увеличении количества источников органов для удовлетворения постоянно растущего спроса на трансплантацию.Усилия по распространению знаний о донорстве органов, поощрению семейных дискуссий, обучению медицинского персонала и студентов, созданию системы стимулирования донорства органов и реализации соответствующего законодательства могут изменить отношение общества к донорству органов в Китайской Народной Республике.

Вклад авторов

Все авторы внесли существенный вклад в концепцию и дизайн, сбор данных или анализ и интерпретацию данных этой работы, а также в составление проекта статьи или ее критический пересмотр на предмет важного интеллектуального содержания.Кроме того, все авторы окончательно утвердили версию, которая будет опубликована, и согласились нести ответственность за все аспекты работы, гарантируя, что вопросы, касающиеся точности или целостности любой части работы, должным образом исследованы и решены.

Раскрытие информации

Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов в данной работе.


Список литературы

1.

Abouna GM. Гуманитарные аспекты трансплантации органов. Транспл Инт . 2001. 14 (2): 117–123.

2.

Ван ХР, Ли ФМ, Гуо И и др. Определение критериев смерти мозга в клиническом применении и значении. Сестринское дело . 2006; 12 (18): 1679-1681. Китайский.

3.

Zhang L, Li Y, Zhou J, et al. Знания и готовность к донорству живых органов: опрос трех университетов в Чанша, провинция Хунань, Китай. Протокол трансплантологии . 2007. 39 (5): 1303–1309.

4.

Йылмаз ТУ. Важность образования в донорстве органов. Exp Clin Трансплантация . 2011. 9 (6): 370–375.

5.

Карденас В., Торнтон Д.Д., Вонг К.А., Спиннер С., Аллен М.Д. Влияние обучения в классе на знания и отношение к донорству органов в городских средних школах с этническим разнообразием. Клиническая трансплантация .2010. 24 (6): 784–793.

6.

Ван В, Тянь Х, Инь Х, Лю Х, Чжан XD. Отношение к донорству органов в Китае. Chin Med J (англ.) . 2012. 125 (1): 56–62.

7.

Ли Ю. Диагностика отношения населения к трансплантации жизненно важных органов живого организма. Медицина и философия . 2007. 28 (1): 47–49. Китайский.

8.

Zhang L, Wang J, Kwauk S, et al.Предварительный анализ факторов, влияющих на уровень донорства органов в Китае. Протокол трансплантологии . 2011. 43 (5): 1421–1424.

9.

Симинофф Л.А., Гордон Н., Хьюлетт Дж., Арнольд Р.М. Факторы, влияющие на согласие семьи на сдачу твердых органов для трансплантации. JAMA . 2001. 286 (1): 71–77.

10.

Симинов Л.А., Бурант К., Янгнер С.Дж. Смерть и добыча органов: общественные убеждения и отношения. Институт этики Кеннеди J . 2004. 14 (3): 217–234.

11.

Мюррей Л., Миллер А., Дайуб С., Уэйкфилд С., Хоумвуд Дж. Общение и согласие: обсуждение и решения о донорстве органов для себя и семьи. Протокол трансплантологии . 2013; 45 (1): 10–12.

12.

Smith SW, Lindsey LL, Kopfman JE, Yoo J, Morrison K. Предикторы участия в семейной дискуссии о донорстве органов и получения свидетелей карт доноров органов. Здравоохранение . 2008. 23 (2): 142–152.

13.

Гросс Т., Мартиноли С., Спаньоли Дж., Бадиа Ф., Малакрида Р. Отношение и поведение молодых европейских взрослых в отношении донорства органов — призыв к получению дополнительной информации. Трансплантат Am J . 2001; 1 (1): 74–81.

14.

Ву AM. Обсуждение посмертного донорства органов в китайских семьях. Psychol Health Med .2008. 13 (1): 48–54.

15.

Li YW, Deng YL, Ye QF и др. Факторы, влияющие на решение семьи предложить донорство органов и решение проблемы. Медицина и философия . 2012. 33 (1): 30–32. Китайский.

16.

Мольцан А.Е., Старзомски Р., Макдональд М., О’Лафлин К. Китайцы Канадские верования в отношении донорства органов. Qual Health Res . 2005. 15 (1): 82–98.

17.

Kosieradzki M, Czerwinski J, Jakubowska-Winecka A, et al. Партнерство по трансплантации: новая инициатива по увеличению донорства органов от умерших в Польше. Протокол трансплантологии . 2012. 44 (7): 2176–2177.

18.

Sun JP, Wang LH, Gao YP. Обследование KAP медицинских работников в отношении трансплантации органов и донорства. Служба охраны здоровья подбородка . 2005. 21 (2): 119–121.

19.

Эссман К., Торнтон Дж. Оценка знаний, отношения и поведения студентов-медиков в отношении донорства органов. Протокол трансплантологии . 2006. 38 (9): 2745–2750.

20.

Лопес-Монтесинос М.Дж., Манзанера Саура Д.Т., Микла М. и др. Тренинг по донорству и трансплантации органов для будущих профессиональных медсестер как политика в области здравоохранения и социальной защиты. Протокол трансплантологии . 2010. 42 (1): 239–242.

21.

Sun JP, Gao YP, Wang LH. Познание к трансплантации органов и донорству органов у студентов колледжей. Медицинское общество . 2005; 18 (2): 1–4. Китайский.

22.

Ghods AJ. Регулируемые финансовые стимулы как альтернатива альтруистическому донорству органов. Exp Clin Трансплантация . 2004. 2 (2): 221–228.

23.

Zhong HL. Принцип мотивации в технологии трансплантации органов. Журнал клинических исследований в области реабилитации тканей . 2012. 16 (31): 5871–5874.

24.

Дангуилан Р.А., Де Белен-Уриарте Р., Хорхе С.Л. и др. Национальный опрос филиппинцев о принятии стимулированного донорства органов. Протокол трансплантологии . 2012. 44 (4): 839–842.

25.

Филиал Общества Красного Креста Китая, Чжэцзян. [20-е пожертвование органов от умершего в провинции Чжэцзян] [веб-страница в Интернете].Чжэцзянский филиал Общества Красного Креста Китая; nd [обновлено 1 марта 2012 г.]. Китайский. Доступно по адресу: http://www.zjredcross.org.cn/web/comm/context.jsp? Проверено 10 августа 2012 г. Китайский.

26.

Чжэцзянский филиал Общества Красного Креста Китая. [43-е пожертвование органов от умершего в провинции Чжэцзян] [веб-страница в Интернете]. Чжэцзянский филиал Общества Красного Креста Китая; nd [обновлено 31 июля 2012 г.]. Доступно по адресу: http://www.zjredcross.org.cn/web/comm/context.jsp? По состоянию на 10 августа 2012 г.

27.

Zhao JP, Wu JF, Liu YZ. Исследование механизма стимулирования донорства человеческих органов. Этика Чин Мед . 2009. 22 (5): 93–94. Китайский.

28.

Лави Дж., Ашкенази Т., Стулер А., Коэн Дж., Бейар Р. Предварительно отмеченный рост национального уровня донорства органов в Израиле после вступления в силу нового закона о трансплантации органов. Трансплантат Am J . 2013. 13 (3): 780–785.

18-летний донор органов из Техаса посмертно спас 5 жизней

, автор: Xochilt Lagunas, KVEO, Nexstar Media Wire

Размещено: / Обновлено:

ЭДИНБУРГ, Техас (KVEO). 18-летняя девушка из Техаса, умершая в прошлом году, спасла жизни пяти человек с помощью своих донорских органов.

Отчим Алишы Гарзы, Рамон Варгас, сказал, что она поддерживает донорство органов, но поначалу матери Женевьев Варгас было трудно принять это решение.

«Во-первых, я ее мать. Поэтому для них изъятие всех органов моего ребенка — это то, чего я не хотел, чего я просто хотел, чтобы она была целиком », — сказала Женевьева Варгас, дочь которой была смертельно ранена в июне 2020 года.

Хотя мать Алиши не хотела продолжать донорство органов, позже она решила, что это то, чего хотела бы ее дочь.

Она сказала, что Техасский альянс по обмену органами помогал им на каждом этапе госпитализации.

Офис шерифа Стаффорда призывает людей разумно управлять автомобилем в условиях продолжающегося снега и льда на дорогах.

«Наша трагедия стала благословением для других», — сказала она.

По данным Texas Organ Sharing Alliance, в прошлом году донорами органов стали 28 человек в долине Рио-Гранде.

Альянс заявил, что пожертвование органов Алиши, включая ее сердце, почки, печень и легкое, помогло спасти пять жизней.

«Во время великой скорби вы оказали честь Алише, продолжив ее наследие в качестве донора органов, спасая жизни других», — написала в письме от имени альянса Адриана Альманза, менеджер Службы донорской семьи.

Альянс подарил семье специальный медальон, «как дань уважения любимому человеку», — написал Альманза.

«Мы, как семья, называем нашу дочь героем, потому что она для нас герой», — сказала Женевьева Варгас.

Семья еще не встретила получателей органов Алиши, и они не уверены, когда наступит этот день.

«Моей реакцией было бы обнять их, потому что это было бы все равно, что снова обнять мою дочь», — сказал Рамон Варгас.«В них живет частичка ее жизни».

Родители Алиши сказали, что дочь дала им иную точку зрения и новую цель в жизни.

Окончательная бюджетная мэрия CCPS перенесена из-за погоды

«Вы не знаете, сколько людей так долго находятся в списке, ждут и ждут пересадки», — сказала Женевьева Варгас.

Ее родители делятся своим опытом в надежде, что это вдохновит других стать донорами органов.

«Я никому этого не желаю, вы знаете, какая боль, которую мы испытываем каждый день, из-за того, что у нас нет моей дочери», — сказала Женевьева Варгас.«Это ежедневная боль, но мы знаем, что у нас есть это чувство покоя, зная, что она все еще живет».

Верховная Рада проголосовала за закон о донорстве человеческих органов — Украина приняла закон о посмертном донорстве органов

Оригинал текста читайте на 112.ua.

Верховная Рада Украины приняла Закон № 2386а-1 о трансплантации анатомических материалов человеку. «За» проголосовали 255 народных депутатов.

Законопроект предусматривает, что каждый человек имеет право согласиться или отказаться от посмертного донорства.Положительный ответ — письменное заявление, специальная отметка в паспорте или водительском удостоверении и внесение данных в Единую государственную информационную систему трансплантологии.

«Альтернативный» вариант — указать доверенного лица, которое после смерти человека сообщит о своем согласии или запрете на трансплантацию ее анатомических материалов. Если человек не выразил свою волю в жизни, его родственники — супруги, дети, родители, братья и сестры — будут опрошены. Если человек при жизни не позволял своим родственникам пользоваться своим телом после смерти, это не будет сделано.

По теме: украинцев, работающих за границей, рискуют своим здоровьем — Институт демографии

Кроме того, использование анатомических материалов запрещено, если не у кого спросить разрешения, если против этого выступают суд, правоохранительные органы или судебно-медицинский эксперт. Ветераны антитеррористической операции и участники операции объединенных сил, дети-сироты, признанные недееспособными, а также лица, личность которых не установлена, не могут быть посмертными донорами.

Планируется создание Единой государственной информационной системы трансплантологии (до октября 2018 года) и ответственного за нее специального органа, который станет центральным государственным органом исполнительной власти, реализующим государственную политику в области оказания медицинской помощи с использованием трансплантологии.

По теме: В основе реформы здравоохранения должно лежать продление жизни, — Председатель Верховной Рады

Информационная система будет состоять из нескольких регистров:

  • волеизъявление при посмертном донорстве;
  • «доверенных» лиц, согласившихся на посмертное пожертвование тех, кого они представляют;
  • анатомические материалы человека, предназначенные для трансплантации и / или изготовления биоимплантатов,
  • живых доноров;
  • живых доноров гемопоэтических стволовых клеток;
  • получателей;
  • человек с пересаженным анатомическим материалом;
  • медицинских учреждений, имеющих право на трансплантацию;
  • координаторов трансплантологии.

Все эти реестры предназначены для конфиденциальных данных, поэтому доступ к ним будет ограничен. Исключение составляет список медицинских учреждений, в которых можно провести трансплантацию, а также регистр координатора трансплантологии. Они будут размещены на сайте исполнительного органа по трансплантации.

По теме: Медицинская реформа движется в правильном направлении, — и.о. министра здравоохранения

Конфиденциальную информацию в реестре могут получить координатор трансплантологии, ответственный за трансплантацию должностное лицо исполнительного органа и судебно-медицинские эксперты.Итак, если человек напишет заявление о согласии на посмертное донорство, об этом узнает одна из этих категорий лиц, в том числе и тот, кто внесет данные в реестр.

Предусмотрен также предохранитель: информационная система по трансплантации будет записывать не только введенные в нее данные, но и историю просмотров.

Кабинет министров будет определять организационные вопросы, а также Минздрав и специальный исполнительный орган по трансплантологии.

Однако люди будут напрямую вовлечены в эту область с медицинскими учреждениями, которые получат лицензию на трансплантацию, бюро судебной медицины и другими коммерческими структурами, которые будут осуществлять деятельность, связанную с трансплантацией.

Связано: 12 500 пациентов выбрали семейного врача в первый день новой кампании здравоохранения

Соответствие донора и реципиента будет определяться одной системой трансплантации. Приоритет будет отдан несовершеннолетним реципиентам и живым донорам, которые ранее предоставили свои анатомические материалы.

Если в Украине нет получателей анатомических материалов, пациенты смогут найти их в других государствах, с которыми заключены соответствующие международные соглашения.

После определения пары реципиентов данные не могут быть изменены (кроме случаев, когда врачи признают, что трансплантация невозможна или реципиент отказался).

Люди, которые при жизни пожертвовали свои анатомические материалы одному из своих родственников, могут получить некоторую государственную поддержку.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *